Книга Дотла, страница 50 – Анна Эйч

— Ах-а… ― вырывается у меня странный стон: я не ожидала такого напора и такой скорости, возможно, нужно ему сказать, что я…

— Да! ― он быстро накатывает презерватив и входит в меня.

— А-а-а… ― я немного сжимаюсь: дикая похоть немного притупляется из-за неожиданной вспышки боли. Не думала я, что это будет так.

— Да… ты такая… ― он начинает долбиться в меня с ускоренным ритмом, придерживая за затылок.

— Стой, подожди! ― я чувствую: что-то идёт не так.

Больно!

— Детка… ― Стас резко выходит, и его глаза расширяются по мере осознания увиденного. Кровь! До него доходит, что это для меня первый сексуальный опыт.

— Бл*ть! Ты что? У тебя… или ты… ― его растерянность меня пугает. ― Твою мать, Вика! Почему ты не сказала! ― он так оглушительно вскрикнул, что я дёрнулась и сжалась в страхе, не в силах сказать ему что-то внятное.

— П… прости, но ты…

— Дерьмо! ― Стас резко отскочил, врезал со всей силы по стене и ушёл в ванную.

Я осталась сидеть на столе в ошмётках платья и с ноющей болью между ног, дрожа то ли от страха, то ли от стыда. Я отдала ему свою девственность, а он просто ушёл.

«Не плакать, Вика, не смей плакать! Он не достоин этого». Я начинаю натягивать остатки своей одежды и на негнущихся ногах шлёпаю к выходу. Это так унизительно, будто меня изнасиловали. А ведь всего пару минут назад всё было как в раю: я хотела этого парня, готова была отдать ему всё, что он попросит. Мне просто нужно было немного нежности, чуть-чуть больше времени, простого понимания.

Натянув одну кроссовку, я резко вздрагиваю от грубого тембра:

— Ну и куда ты собралась?

Я медленно поворачиваюсь и вытягиваю ладонь в успокаивающем жесте, не знаю, что у него в голове и как дальше действовать. Всё, чего хочу, так это исчезнуть, раствориться и стереть этот момент из памяти навсегда.

— Стас, ты не в себе, я… я хочу уйти, ― дрожащим голосом умоляла я его не усложнять случившееся ещё сильнее.

— Почему ты не сказала? ― выдохнул он. Теперь в его голосе уже не было той агрессии, с которой он умчался в ванную. Скорее ― сожаление.

— Не успела… или… не знаю, зачем? Для меня это не какая-то великая вещь. Я думала, всё само собой произойдёт, и мы…

— Я был не прав! ― перебил он, не дав закончить. ― Я бы не делал этого так, знай, что это в первый раз. Мы бы сделали это медленно и нежно. Да, я люблю грубо, чёрт… Вика, я же сказал, что я хочу быть тем, кто тебе нужен. Но я не знаю, какой парень тебе нужен, можно мне хотя бы в этом помочь? Я су-у-у-ка!.. ― он в отчаянии зарылся пальцами в волосы. ― Я же всю жизнь веду себя как засранец, и вот, когда я пытаюсь им не быть, делаю всё, чтобы ты меня возненавидела!

Его речь уже не обращена ко мне, скорее это монолог.

— Слушай, я бы хотела сходить в душ, ― несмело проговорила я, остывая: он прав, надо было сказать.

— Я почитал в Интернете… ты сейчас иди, расслабляйся, а я сбегаю в аптеку, куплю всё необходимое. ― он начал суетится.

— В аптеку? ― я испуганно посмотрела на него.

— Да, куплю обезболивающие, смазку, чтобы была. И это… думал сделать тебе ванну, но пишут, что может быть инфекция…

— Стоп, пожалуйста, остановись! ― я резко оборвала его заботливый спич. ― Давай так: я сейчас схожу в душ, потом выйду, и мы поговорим, ладно?

— Тебе больно? ― он не знает, куда себя деть: в глазах столько сожаления и вины, что мне самой невольно становится не по себе.