Книга Дотла, страница 37 – Анна Эйч

— Вика? Чёрт! ― Стас испуганно отстраняется и ставит меня на ноги. — Прости! Я сделал тебе больно? ― Он смотрит на меня глазами, полными шока и растерянности. ― Извини, я… Господи! Это было слишком грубо. Не знаю, что на меня нашло!

Стас, с глазами полными раскаяния, делает шаг назад и быстро выходит из комнаты. Почему я в этот момент чувствую себя виноватой? Он ведь просто проявлял страсть! Или нет? Как же я запуталась!

После этого инцидента мы молча поели, и Стас предложил отвезти меня в общежитие. Хоть раньше я и планировала остаться, теперь было не то настроение. Чтобы выиграть немного времени и побыть одной, я спускаюсь на парковку раньше него.

«Нужно помириться». — эта мысль выжигает дыру в моём сердце. Он боится со мной заговорить, после того что случилось в его комнате, а я не подаю виду, что тоже считаю себя не совсем правой. Мне же всегда нравилась его грубость, особенно в сексе, так почему…

«Почему я промолчала? Почему не сказала, что сглупила и отреагировала неправильно? Или я уже веду себя как жертва? Оправдываю агрессора?».

Погружённая в свои мысли, я гуляю по парковке и замечаю машину, накрытую тентом. Не знаю, почему она меня заинтересовала. Возможно, внимание привлёк ярко-желтый цвет, который виднеется из-под ткани. Я невольно вспоминаю Дениса: у него был точно такой же автомобиль, яркий внедорожник Jeep Wrangler. Был. Сейчас он в ремонте или вообще на утилизации. Мой телефон вибрирует, и на экране появляется фотография моего парня. Пора идти.

* * *

— Ты же пойдёшь со мной на благотворительный вечер к отчиму?

Наша игра в молчанку продолжается всё время, пока мы едем от его квартиры до общежития. Только припарковавшись и заглушив мотор, он осмеливается нарушить гнетущую тишину.

— Я же обещала.

— Вика, ты не обязана. ― вздыхает Стас и откидывает голову на подголовник водительского кресла. ― У меня чувство, что я тебя удерживаю.

— Что ты имеешь в виду? ― я смотрю на его красивое лицо и отмечаю, что он очень изменился за последнее время не только в поведении, но и внешне: черты лица будто стали мягче.

— Ты со мной из-за брата? Если так, то не нужно, я справлюсь. Да, я говорю, что не могу без тебя, но не стоит быть со мной из жалости. Живи дальше, не хочу тянуть тебя в своё дерьмо.

— Ты что? Бросаешь меня? ― ком подступает к горлу.

Только я избавилась от мысли, что нужно с ним расстаться, и тут он решил, что мы не должны быть вместе.

Край его губ дёргается, сдерживая грустную улыбку.

— Я бы не смог тебя бросить, даже если бы захотел… Вика, я люблю тебя. Люблю с первой встречи и мучаюсь.

— Но… мы же… мы же вместе… ― я не понимаю, почему о любви ко мне он всегда говорит, как о каком-то проклятии. Я ведь всё это время оставалась его девушкой, несмотря на душераздирающие сомнения внутри.

— Да, вместе… ― отвечает он задумчиво, с невероятной тоской, будто это совсем не то, чего бы он хотел.

— Я тебя не понимаю, ― выдыхаю я и тоже откидываюсь на сидение.

— Давай сходим на благотворительный вечер, выпьем, потанцуем, и ты решишь, хочешь ли быть со мной?

— Я… ― хочу сказать, что мне не нужно ничего решать, но вовремя себя одёргиваю: он чувствует моё состояние и даёт право выбора, это благородно.

— Давай… ― тихо произношу и тянусь к нему за поцелуем.