Книга Дотла, страница 115 – Анна Эйч

Я пользуюсь моментом и делаю ещё пару глубоких толчков, чтобы продлить её удовольствие. Нащупываю клитор рукой: хочется подарить малышке ещё один оргазм.

— Чёрт! ― я чувствую покалывание в пояснице. Если не сдержаться, мой план провалится. ― Чёрт! Вика, я не продержусь!

Всё ещё бьющаяся в приятной истерике, Вика подается назад, приближая меня к заветной разрядке. Я в отместку сжимаю её бутон ладонью.

— Ты даже здесь будешь спорить? ― говорю ей в ухо, слегка улыбаясь.

— Имеешь что-то против? ― дерзкая девчонка делает ещё пару толчков и срывает наконец «пробку с шампанского».

Я извергаюсь как ненормальный, сам пугаясь такого напора. Надеюсь, презерватив не порвался.

— Ты сумасшедшая!

— Вообще-то, это ты остановил работу лифта ради быстрого секса. ― она, усмехнувшись, начинает поправлять своё платье.

— Прости, мы должны были начать красиво со свидания, но твоё платье… Боги, его просто нужно запретить законом.

Я облокачиваюсь на стену лифта и дрожащими руками пытаюсь привести себя в порядок.

— Что теперь?

Её вопрос выдёргивает нас из сладкой похоти ― мир вновь обрушивается на нас, реальность того, что нам стоит поговорить, обсудить, чего мы хотим и как будем бороться с нашей общей историей, в которой всё ещё есть Стас.

— Теперь мы поедем ко мне, ― сообщаю ей мой изначальный план.

— Нет! Я не вернусь в ту квартиру! ― отрезает моя воительница.

— Я там больше не живу, ― успокаивающе улыбаюсь ей.

— Почему?

— По той же причине, по которой ты не хочешь туда возвращаться. Стаса больше нет, я живу дальше, строю свою жизнь и не хочу каждый раз, приходя домой, вспоминать, при каких обстоятельствах потерял брата. Я взял с собой некоторые его вещи, чтобы помнить о нём лучшее.

— Я тоже… ― её глаза заблестели. ― Я тоже пытаюсь помнить о нём только хорошее.

В глубокой тишине взаимного понимания, скорби и лёгкой радости, что наконец-то есть кто-то, с кем можно помолчать об этом, мы едем ко мне.

* * *

Ведя её за руку, я приоткрываю дверь в мой мир — мою крепость, моё убежище, ставшее спасением в последние месяцы. Сияние светильников по периметру комнаты играет на её огненных волосах, в которые мне хочется зарываться лицом ежеминутно. Она приоткрывает губы, и я затаиваю дыхание, ощущая, как воздух между нами вибрирует от неподдельной электрической связи.

— А ты верен своим привычкам, ― одобрительно кивает она, обернувшись на меня.

Я дал ей пройти вперёд себя, чтобы получить возможность полюбоваться ею в моей квартире, представить, как эта девушка хозяйничает здесь, бегает в моей футболке, готовит завтрак, разбрасывает свои вещи или ругает меня за то, что я не убрал за собой. Вика начинает рассматривать картины, которые я развесил по пустым стенам. Все они написаны мной. Это обычная абстракция, созданная в тонах, перекликающихся с интерьером, ничего особенного. Пока она увлечённо разглядывает каждую из них, я снова не могу сдержать поток своих чувств и признаюсь:

— Я люблю тебя!

Слова вырываются из меня с такой силой, словно они всю жизнь искали путь к свободе. Они висят между нами, чистые и непреложные. Я говорил это и раньше, но тогда она была не готова их слышать и тем более отвечать на них, а сейчас я надеялся, что достоин получить ответ.

Она смотрит на меня, глаза её полны тепла и глубины. Пауза тянется, но я жду, жду её слов, которые станут моим приговором или абсолютным счастьем.