Книга Арахнид, страница 129 – И. В. Офелия

Призрак его прикосновений играл с моим рассудком, грозя вытеснить воспоминания о жестокости. Но именно эти воспоминания помогали мне выжить, не давали забыть, с кем я имела дело.

Немного поколебавшись, я выбрала черный плащ с отделкой из такого же меха. Волосы убрала наполовину – решила, что немного усилий с моей стороны будет минимальной платой за возможность носить такую дорогую вещь. Надела изумрудные серьги Фиби, которые она часто мне одалживала. И наконец остановилась на пегой муфте.

Проходя мимо некоторых комнат, я словно заглядывала в чужие окна без приглашения, хотя двери были распахнуты настежь. Гости и вайперы порхали из комнаты в комнату с девичьим возбуждением, словно опылители весной, обмениваясь старой и новой одеждой, чтобы примерить друг на друге.

Когда я спускалась по лестнице, походка моя стала неловкой. Давненько я не носила ничего столь приметного, но, должна признать, я скучала по этому чувству.

Пока наверху царило оживление из-за всех этих новых нарядов, внизу почти что обитала тишина. Здесь было тепло, хотя дрова в камине уже прогорели до углей. Пол пестрел грязью и песком – натащили с улицы, а подмести так и не успели. Я напомнила себе: они заслужили отдых, на беспорядок можно закрыть глаза, это проблема на потом.

Я замерла посреди пустого зала.

Что я делаю? Это безумие.

Но когда развернулась, чтобы уйти, Сайлас преградил мне путь к лестнице.

— Сомневаешься? – поддразнил он.

— А это что-то меняет?

— Нет. – Он спустился по последним ступеням, встал передо мной и протянул руку. Почти коснулся моего лица, но лишь смахнул пылинку с меховой оторочки плаща. – Ты долго собиралась.

— Да. Поэтому сделай так, чтобы оно того стоило.

Я смахнула его ладонь с моего плеча. Но он не дал руке упасть – вместо этого перехватил мою ладонь и сжал в своей. Я повернулась, чтобы взглянуть на него, но Сайлас уже притянул меня к себе, переплетая наши руки.

Вот так я и оказалась в ловушке – на прогулке с моим личным кошмаром, по его же просьбе.

Трудно было поверить, что Алина здесь, идет под руку со мной без сопротивления и жалоб – ну, почти без жалоб. Я предполагал, что она проигнорирует меня и останется в постели. Я бы ее не винил. Груда мехов выглядела удобной.

После той ночи я понял, что нужно сделать, чтобы она расслабилась. Алина явно утверждала свое место в Гнезде. Хотела, чтобы я это признал. Самый быстрый способ заставить ее принять меня – согласиться с ее игривыми угрозами. Отсутствие сопротивления ее посылу – вот и все, что ей было нужно.

Сегодня я хотел попробовать иной подход. Мы всегда сражались в темноте, и Алина отчаянно сопротивлялась тому, чтобы вынести наши отношения на свет. Теперь у меня был шанс показать ей: я здесь не для того, чтобы воевать.

На этих выходных работал уличный рынок. Палатки выстроились вдоль заснеженных улиц, движение перекрыли, дабы покупатели могли спокойно гулять.

Алина рассматривала сладости, потом сушеные травы. За все время с момента моего приезда сюда я не видел ее такой безмятежной. Она просто бродила без цели. Занять ее чем-то было лучшей идеей.

Я заметил, что она надела одну из купленных мною вещей, и от этого в животе разлилось странное тепло. Ее изящные руки в перчатках с меховой оторочкой скользили по рыночным товарам, изучая каждый предмет так пристально, словно любая покупка должна была соответствовать ее невозможным стандартам. Она даже уложила волосы – заплела их, закрутила и собрала лентой, тонкий шелковый бант свисал на затылке.