Книга Я тебя не полюблю, страница 28 – Анна Бигси

Въезжаем на мою территорию. Джин паркуется и глушит двигатель.

— Надо врачу показаться, – сухо бросает он и первым выходит на улицу.

— Вот еще, – отмахиваюсь, но все же за руку хватаюсь, чтобы выбраться из тачки.

Джин беспардонно разворачивает меня и впечатывает грудью в машину.

— Ай, блядь, – шиплю я, но он беспощаден. Задирает рубашку и внимательно осматривает гематому.

— Жить будешь, – сжаливается и отпускает. – А вот долго ли, зависит от тебя.

— Ну спасибо, – хмыкаю и достаю из кармана вибрирующий телефон.

Муромский. Собственной персоной. Надо же…

Я кивком приказываю Авроре оставаться в машине и отхожу. Она смотрит на меня с ненавистью, но я игнорирую и принимаю звонок. Ее взгляд, полный презрения и протеста, впивается мне в спину, но я не обращаю на это внимания.

— Поздравляю с удачей, Камал. – В динамике раздается язвительный голос Германа. – Но не думай, что это конец.

Я слышу его ухмылку и сжимаю зубы. Он наслаждается этой ситуацией, как и всегда. Для него это всего лишь очередная игра, где он считает себя победителем. Но не в этот раз.

— Что тебе нужно, Муромский? – цежу сквозь зубы, стараясь не терять самообладание.

— Ты знаешь, что мне нужно. – Его голос наполняется холодом. – Мне нужна Аврора. И я ее заберу. Это лишь вопрос времени.

Я сжимаю кулак, чтобы удержать внутренних демонов в узде. Он специально провоцирует меня, хочет выбить из равновесия. Не выйдет.

— С чего ты взял, что я отдам? – отвечаю резко.

Герман гаденько смеется, и от этого смеха по коже пробегает неприятный озноб. Он уверен, что добьется своего. Придется разочаровать.

— Ты забываешь, Камал. – Его голос становится тише, почти переходит на шепот. – Твоя жена тоже когда-то выбрала меня. Думаешь, с Авророй будет иначе? Она сама придет ко мне. Это лишь вопрос времени.

Я сбрасываю звонок, не желая слушать больше ни слова. Я как атомный реактор, каждая капля может стать последней и спровоцировать ядерный взрыв.

Некоторое время стою неподвижно, гнев разрывает меня изнутри. Слова Муромского бьют по самым больным местам, по старым ранам, которые никогда не заживут полностью. Но я не могу позволить себе слабость. Должен защитить Аврору и не допустить повторения прошлого.

Возвращаюсь к машине, открываю дверь и смотрю на Аврору. Она смотрит на меня, и в ее глазах я вижу страх. Мне нужно быть спокойным, чтобы показать ей, что я способен защитить ее, даже если она меня ненавидит. Девочка должна понять, что я не враг, а ее опора, ее единственная защита в этом безумном мире.

— Теперь ты в моем доме, – говорю, стараясь, чтобы голос звучал мягче. – Здесь ты будешь в безопасности.

Аврора неохотно выходит из машины, ее взгляд полон недоверия. Мы сверлим друг друга острыми взглядами. Между нами воздух накаляется и искрит.

— Идем, – говорю, указывая на дом. – Тебе нужно отдохнуть.

Она кивает, но я вижу, как напряжены ее плечи, как сжаты кулаки.

В доме нас встречает персонал. Я представляю Аврору и провожаю наверх, показываю ей комнату. Она смотрит на меня с недоверием, словно ожидает какого-то подвоха. Ее недоверие понятно. Она не привыкла зависеть от кого-то, а теперь ей приходится доверять свою жизнь мне. Это нелегко для нее.

— Здесь ты будешь жить, – говорю я, указывая на комнату. – Никаких лишних движений, никаких попыток сбежать. Поняла?