Книга Любовь без срока давности, страница 45 – Ольга Коротаева

Ещё во дворе мне постоянно приходилось вытаскивать парня из драк. А после он молчал и лишь обиженно пыхтел, когда тётя Таня распекала его. И прижимая палец к губам, умоляюще глядел на меня, чтобы не выдавала. Я фыркала и уходила к себе. Но очень гордилась соседом, который не побоялся заступиться за котёнка, над которым издевались старшие ребята.

Сейчас я готова провалиться от стыда и тут же воспарить от счастья. Целую Ваню, но он не двигается, не отвечает на поцелуй, ждёт моего ответа. Откидываюсь на спину и смотрю на него снизу вверх, а сердце замирает от восхищения.

— Рада, что ты не такой, как я боялась, – признаюсь. – Ты стал другим, и я не понимала. Каких только версий не предполагала, тебе лучше не знать. Не хочу, чтобы ты думал, будто я тебе не доверяю. Но… – Качаю головой: слова кончились, остались лишь эмоции. Улыбаюсь: – Рада, что ты теперь такой.

— Поверь, – кривится он, – тут нечем гордиться.

— Неважно, – шепчу, лаская его могучее, накачанное тело. Теперь понимаю, почему он так выглядит, так смотрит, так действует. Как меньше чем за год из изящного юноши превратился в могучего мужчину. Добавляю серьёзно: – Я тобой горжусь.

С полувздохом приникает к моим губам, целует жадно, как тогда, перед армией, словно напитывается мной. Обнимает крепко, со стоном, и я ахаю от полного проникновения в меня. Тут же смеюсь: озарённая идеей, я и забыла про свою «месть», а Ваня воспользовался моим замешательством и, утвердив власть над моим телом, принялся настойчиво доказывать её. Весьма убедительно!

— Это так весело? – рычит он, но в глазах тоже пляшут искры задора.

Но смех мой быстро тает, тело окутывает истома, кровь по жилам бежит всё стремительнее. И всё, что я вижу, возбуждает ещё сильнее: и приоткрытые губы Вани, и его потемневший взгляд, и напряжённые мышцы. В плечо так и хочется впиться зубами, чтобы ещё сильнее погрузиться в хищный и сладостный танец вечной жизни, соперничество страсти. Не сдерживаюсь, и Ваня громко стонет, но не от боли: ему нравится! Очень нравится, когда я то покусываю его солоноватую кожу, то провинившейся кошкой зализываю розовые следы от своих зубов.

А мне безумно нравится, как он стонет! Я рассыпаюсь угольками от каждого звука, и внутри нарастает такой жар, что, кажется, я сейчас извергнусь, взорвусь, превращусь в расплавленную лаву. А человека Нины просто не станет, растает в огне, сгинет в искрах безумной страсти. Слышу свой крик и на грани яркого оргазма едва не теряю сознание. Крик перерастает в грохот, мир взрывается, рушатся стены…

Не сразу понимаю, что происходит. Тело после пика едва шевелится, в уши будто ваты напихали, перед глазами туман, сквозь который медленно вижу странную картину. Ваня слетает с меня, будто смерч, и бросается к двери. Удивляюсь: так не понравилось? Но тут вижу пустой проём и выбитую дверь на полу, каких-то людей. Ваня валит одного, второго, но затем его скручивают, навалившись втроём.

— О, всё плохо… – бормочу. – Кажется, у меня галлюцинации. Осталось понять, от секса после долгого перерыва или это хлор дошёл до нужных закоулков мозга?

— Нина! – ко мне бросается один из нападающих.

Я с трудом фокусирую взгляд на его лице:

— Степан… Деорамыч? Деорамович… Тьфу! Деомар Степанович…

— Нина, ты под кайфом? – Оперативник заглядывает в глаза, накидывает на мои плечи покрывало, помогает подняться.