Книга Ещё раз, и ты моя, страница 77 – Ксения Фави

— Мой сын уговаривает вас остаться, — замечает гостья, — это уже стоит большого внимания. Меня зовут Анна Никитична. И как понимаете, такое обращение мне вообще не подходит. На Бали все зовут меня Энн. Я привыкла.

— Очень приятно… Энн. Я Дина.

После мамы Вадика с ее дачкой, Энн для меня как неопознанный объект.

— Меня вы все знаете, — объявляет Аксенов, — так что давайте выпьем чаю. Мама привезла пп-торт.

— Я тебе помогу! — хочу улизнуть на кухню.

Но Энн словно кошка вмиг оказывается рядом и хватает меня за плечо.

— Он справится сам.

Когда Миша уходит, его мать негромко просит меня:

— Не кидайся ему услужить. Не надо. Этот тип мужчин ищет совершенно другое в женщинах.

Да уж… Знакомство с мамой обещает быть интересным.

— Я просто хотела помочь, — говорю почти правду.

— Миша сам все сделает, — отмахивается Энн, — у его отца был бзик, что все должны уметь хлопотать по дому. И помощницы по хозяйству всегда были приходящие. Никто не накрывал завтрак и не прислуживал у стола. Мы жили как обычная семья.

Мне хочется заметить, что у львиной доли населения в принципе нет домработниц. Но решаю промолчать.

— Мне после родительского дома, где отцу даже очки протирал дворецкий, это было дико, — вздыхает мать Миши.

Видимо, ей только дай пожаловаться на бывшего мужа. Мы первый раз видим друг друга, но ее это не смущает.

— Мама, Дин! Идем.

На столе чисто белый и простой чайный сервиз. Большая тарелка по центру стола и на ней тортик под белым кремом. Сверху, кажется, ореховая крошка.

— Торт с морковью и обезжиренной сметаной, — сообщает гостья, — у меня знакомые держат в Москве пп-бар. Заехала к ним.

— Выглядит аппетитно, — не вру.

— Спасибо, дорогая, — мило благодарит Энн, — только вот сервиз… Миша, я сделаю тебе подарок на праздники! Эта посуда слишком… тривиальная.

— Это качественный фарфор, мам. А ты так редко бываешь в Москве, что жалко тратить твое время на магазины. Если понадобится, мы сами все купим.

Аксенов отбривает мать, но та не возмущается. Наоборот на ее губах возникает загадочная улыбка.

Делаю глоток чая из большой "тривиальной" кружки. Посуда и правда простая — достаточно крупные предметы и приличная толщина фарфора. Но тем и удобен для дома такой сервиз.

Миша разрезает торт. У него много слоев, а между ними прослойки белого крема. Морковь видна в тесте и чувствуется на вкус. А еще внутри тоже есть орешки.

— Как вкусно, — говорю, попробовав, — не подумала бы…

Энн усмехается.

— Полезная еда бывает вкусной. Правда, об этом задумываешься к тридцати-сорока годам. А не в двадцать с хвостиком.

— Мне еще пять лет до полного погружения, — хмыкаю.

Зеленый чай уже был разлит, когда Миша позвал нас. Так что, раздав куски торта, он садится во главе стола. Мы с его мамой друг напротив друга по бокам.

— Тебе двадцать пять, Дина? — Энн вскидывает бровь.

— Да, — пожимаю плечами.

— Выглядишь младше. Хоть и это, конечно, не возраст.

— Спасибо. А вы просто шикарно выглядите.

Говорю искренне. Я так и не поняла, как Энн относится к тому, что я здесь. Не хочу подлизаться комплиментами, а может, это и без толку.

— Благодарю, — женщина приподнимает уголки губ.

Некоторое время пьем чай молча. А потом гостья бросает взгляд на смарт-часы на запястье.

— О, через полчаса мне надо выезжать!