Книга Батя одного хулигана, страница 66 – Алёна Амурская

— Трубу прорвало! - рявкнул он, откидывая мокрые волосы со лба. Глаза у него были дикие. - Магистральную трубу отопления в подвале прямо под большим спортзалом! Там кипяток хлещет, как из гейзера! Новый паркет на заливке, подвал плавает, щитовая под угрозой замыкания! А у нас, блин, в среду внеплановая проверка из департамента образования! Гаранин сейчас там кого-нибудь убьет голыми руками!

Физрук вырвал руку и умчался куда-то в сторону подсобки завхоза, а я осталась стоять посреди коридора, чувствуя, как моя решимость рассказать всю правду директору начинает трещать по швам.

Мимо меня, как фурия, пронеслась завуч Шипицына. Ее идеальная укладка слегка растрепалась, а на щеках горел нервный румянец.

— Не стойте столбом, Крылова! - рявкнула она на ходу, даже не сбавляя скорости. - Немедленно в учительскую, спасайте журналы нижних полок, если вода пойдет дальше! У нас катастрофа!

Очнувшись от замешательства, я сбросила пальто прямо на руки невничающему охраннику и бросилась в сторону спортивного крыла. Пар становился всё гуще. В нос ударил тяжелый запах сырой штукатурки и горячей, застоявшейся воды.

Мне надо его увидеть. Надо хотя бы попытаться, пока эта ситуация не превратилась в окончательный кошмар.

Я нашла Гаранина в самом эпицентре хаоса - возле открытого люка в подвал под спортзалом. И если в последнюю нашу встречу на лестничной клетке он был мужчиной, потерявшим контроль от страсти, то сейчас передо мной стоял абсолютно безжалостный кризис-менеджер.

Его пиджак валялся где-то на подоконнике в пыли. Белая рубашка была расстегнута на три пуговицы, рукава закатаны выше локтей, обнажая напряженные мышцы и вздувшиеся вены на руках. Дорогие ботинки были безнадежно испорчены грязной водой. Он стоял, широко расставив ноги, и кого-то громко отчитывал в трубку телефона, зажатую между плечом и ухом, пока двумя руками на ходу просматривал раскисший от воды и перепачканный план коммуникаций. Перед ним, дрожа мелкой дрожью, стоял бледный завхоз.

— ...я еще раз повторяю для особо одаренных, - голос Гаранина был тихим, но от этого ледяного, рокочущего металла в нем хотелось забиться под плинтус. - Мне плевать, что у вас выходной. У меня кипяток заливает фундамент. Если через пятнадцать минут аварийной бригады с насосами здесь не будет, я лично позвоню вашему руководству и гарантирую, что вы пойдете дворы подметать до конца жизни. Время пошло.

Он сбросил вызов, швырнул телефон в карман и рявкнул на завхоза:

— Вентиль в четвертом отсеке перекрыли?! Почему давление не падает?!

— Так заржавело всё, Евгений Александрович, слесарь крутит, сорвать боится! - заблеял завхоз.

— Дай сюда, - Гаранин вырвал у него из рук разводной ключ размером с мою руку и решительно шагнул в сторону подвальной лестницы, откуда валил пар.

В этот момент он заметил меня.

Я сделала инстинктивный шаг вперед, набирая в грудь воздуха, но слова «Евгений Александрович, мне срочно нужна ваша помощь» так и не сорвались. Потому что его глаза - темные глубокие глаза, которые в прошлый раз смотрели на меня с таким жаром, - скользнули по мне абсолютно пустым взглядом, сфокусированным исключительно на аварии. В нем не было ни грамма тепла, ни секунды узнавания нашей недавней близости. Только стальной контроль антикризисного управленца.