Книга Сильнее, чем ты думаешь. Книга 2, страница 9 – Мария Летова

И от двух часов на солнце они не слиплись. Наоборот, продолжают царапаться.

Когда мы въезжаем в город, я экономлю Тиму бензин и время, говоря:

— Высади меня у метро…

— Я тебе надоел?

— Нет… — отстегиваю я ремень. — Просто у меня тепловой удар.

— Аналогично… — хмыкает Тимур.

Я прощаюсь с ним и выхожу из машины, через минуту ныряя в метро.

Район, в котором я живу, новый. Он представляет собой сеть одинаковых высоток и полностью закатан в бетон, но рядом находится общественное городское пространство, где есть свой парк и даже беговые дорожки, так что я поселилась здесь обдуманно.

Я добираюсь до дома за пять минут, пятнадцать трачу на то, чтобы зайти в магазин и купить продукты. Я даже пытаюсь их готовить. Вожусь примерно три минуты, в итоге просто оставляю все как есть и подключаю камеру к ноутбуку.

Начать заниматься фотографиями я даже не пытаюсь.

Я не знаю, что именно стало толчком сейчас взять в руки телефон. Может, весь этот день — толчок?! Только этот поступок не импульсивный: у меня нет желания зашвырнуть телефон в мусоропровод, чтобы к нему не прикасаться. Нет желания откатить свои мысли назад или сделать себе трепанацию. Нет желания даже взять паузу, прежде чем смахнуть с экрана блокировку. Возможно, лишь пару секунд. Да, пару секунд я действительно себе беру, но мои движения от этого не стали смазанными.

Это не больно.

И даже мой пульс почти в норме, пока я нажимаю на кнопки, проваливаясь в черный список своего инстаграма (принадлежит компании Meta, запрещенной на территории РФ).

Там у меня всего два контакта, и один из них я из черного списка достаю.

И хоть слюна на мгновение застревает в горле, пульс у меня по-прежнему почти ровный!

Профиль загружается мгновенно, являя мне поток информации, который… для меня был скрыт на протяжении… почти трех месяцев…

Я не решаюсь провалиться в сторис, чтобы не оставлять следов, хотя спустя три месяца эта паранойя наверняка лишняя.

Наверняка.

Это прозвучавшее в голове слово заставляет меня по-настоящему сжать зубы. Упрямо, как и двигать ленту, в которой мелькают картинки и видео…

Соцсети Павла Красилова — это наполовину рабочие профили, где в том числе публикуется много профессиональной информации — форумы, рейтинги, встречи… награды.

Я изучаю эту информацию вскользь, выхватывая лишь ту, которая касается лично его.

Его лицо в компании других людей — одетых в галстуки мужчин на фоне баннера с логотипами каких-то спонсоров; голубые джинсы и стоящий на коленях ноутбук с выведенным на экран программным кодом; рабочее место c двумя огромными мониторами, на которых снова разноцветными строчками пестрит код…

Листаю хладнокровно.

Быстро двигая чертову ленту. С прямой спиной. Пока через открытое на проветривание окно в гробовой тишине моей квартиры слышны звуки города.

Готовая к тому, что в любой момент могу споткнуться. Увидеть что-то, что заставит меня споткнуться. Например, подробности его личной жизни, хоть и знаю, что обычно он не делится ими в соцсетях, но чем черт не шутит.

Случись это, мне бы было не больно.

Скорее я даже хочу увидеть это самое «нечто», чтобы человек, который на фотографиях мелькает, стал… еще дальше. Еще дальше, чем успел стать за прошедшие три месяца.

Павел Красилов — человек, обеспечивший моему брату те самые проблемы, из-за которых родители все в долгах. Наниматель Макса, создавший команду программистов, на которую мой брат работал. Собственно, проблемы брату он создал единоличным решением, и все его претензии обоснованы, а у меня к… этому человеку лишь одна претензия — на фотографиях он слишком настоящий.