Книга Сильнее, чем ты думаешь. Книга 2, страница 1 – Мария Летова

Для лиц старше 18 лет

Аделина

— Аделина у нас увлеклась фотографией, — объявляет мама. — Хотя этим в наше время не прокормишься. Или я не права?

Она обращается не ко мне, но я все равно тихо отвечаю:

— Это просто хобби.

Мы в ресторане, и он жужжит. Мне впервые лет за пять тем повезло, что день рождения выпал на субботу, так что здесь людно. Я не парилась с местом, выбрала что-то поближе к дому родителей, чтобы им не тащиться на другой конец Москвы. Просто придушила разногласия в зародыше.

Мне исполнилось двадцать четыре. Я родилась в обед, без проблем и форс-мажоров. В двадцать четыре я доставляю родителям примерно столько же проблем.

— Да, собственно, вы правы, — слышу я рядом. — Особо не заработаешь. Но Аделине пригодится в работе, пусть изучает…

Эти слова режут слух, потому что звучат так, будто я у кого-то спрашивала разрешения, но я не реагирую. Ни штыками, ни комментариями. Просто изучаю салатные листья в своей тарелке, в последнее время мне так комфортнее - быть тихой и незаметной.

— А я, видимо, что-то пропустил, — говорит папа. — Первый раз слышу про твое хобби.

— Просто ты не подписан на мою страницу, — успокаиваю я.

— Надо исправляться…

— Кирилл, — обрывает наш диалог мама. — А у тебя какие планы? Ты надолго в Москве?

Я продолжаю смотреть в свою тарелку, слушая ответ:

— Я, вообще-то, насовсем. Я переезжаю.

— Вот это новости, — удивляется папа. — И молчишь. Почему так решил?

— Расширяю перспективы. Да и в целом, у меня в последние полгода много предложений на Москве завязано.

— Обстоятельства вынуждают?

— Не только.

Я наконец-то поднимаю взгляд от своей тарелки и смотрю на человека, в которого была влюблена практически всю сознательную жизнь.

Кирилл Голиков - ученик моего отца. В юности - подающий надежды теннисист, а сейчас соучредитель питерской студии видео и звукозаписи. В этом году у них появились спонсоры и они выиграли какую-то премию - засветились по крупному. И продолжают светиться, не упускают такую возможность.

Мы ровесники. Его день рождения был в феврале.

Последние шесть лет он живет в Питере, и для меня его переезд тоже новость.

Я встречаю его взгляд. Кир не отводит глаз от моего лица весь вечер.

Мы были вместе. Практически жили вместе, пока два года назад Голиков меня не бросил, так что я не принимаю его внимание за галлюцинацию, слишком хорошо с этим человеком знакома.

Очень тесно и близко. До миллиметра в физическом смысле, и до каждой черты в ментальном.

Он ездит взглядом по моему телу, весь вечер смотрит мне в глаза, когда не смотрит на губы, и все это внимание пропитано слишком большой настойчивостью. Особенно большой. Это что-то новое, поэтому и задевает.

В Питере у него есть девушка, но я игнорирую его внимание не поэтому. Я просто не хочу гадать, что сегодня творится в его голове. Он слишком давит…

Я его не приглашала. Он приехал вместе с родителями.

Мой отец был его тренером почти десять лет, они никогда не теряли связь, он был у моего отца третьим ребенком. Связь они не теряли в том числе и из-за меня, ведь мы с Голиковым с пятнадцати лет то сходились, то расходились. Мы были вместе два года, даже живя в разных городах. Ссорились, потом мирились. Очень громко и бурно.

У него генетика аристократа. Черты лица, телосложение. Он худощавый, но жилистый. Сильный. Не склонен к набору лишнего веса, но с достаточно тяжелой костью, что иметь сильную подачу в теннисе.