Книга Разбей мое сердце, страница 65 – Ольга Дашкова

При упоминании пари Вера слегка напрягается, и я понимаю, что попал в болевую точку.

— Но ничего не получилось, – продолжаю. – Мы встретились три раза. Первый раз – ужин в ресторане. Диана говорила о свадьбе подруги, о новой сумочке, о чем-то еще, а я сидел и думал о том, как ты анализировала мое поведение в том кафе. О том, как твои глаза меняют цвет, когда ты злишься – становятся почти стальными.

Вера слегка поворачивается ко мне, наши колени почти соприкасаются. Я чувствую это легкое касание через ткань джинсов, и мне приходится собрать всю волю, чтобы не придвинуться ближе.

— Второй раз мы ездили к ее родителям. Я снова встречался с ее отцом, говорил о деловых перспективах, строил планы инвестиций. Все шло как надо, но когда Диана взяла меня за руку, мне стало… – останавливаюсь, ища подходящие слова. – Неправильно. Как будто я предавал что-то важное. Предавал наше пари.

— Наше пари? – тихо переспрашивает она, слышу удивление в ее голосе.

— Да, – поворачиваюсь к ней полностью. – Да, наше нелепое пари, в котором ты должна была заставить меня влюбиться за три месяца? Я тогда смеялся, думал, что это просто студенческая забава. Но понял, что ты не проиграла, а уже выиграла.

Вижу, как расширяются ее глаза, как голубой цвет становится ярче.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что каждый раз, когда был с Дианой, думал о тебе. О том, как ты смеешься, когда думаешь, что я не вижу. О том, как кусаешь губу, когда сосредоточена. О том, как выглядели твои глаза в тот день, когда ты уходила из моей квартиры, в них было только разочарование.

Вспоминаю тот вечер, как сидел в загородном доме Дианиных родителей, слушал разговоры о деньгах и связях, и все время думал о Вере. О том, что она сказала бы об этой пустой болтовне.

— А третий раз?

— Третий раз мы были в клубе. Диана хотела танцевать, флиртовать, показывать всем, какая мы идеальная пара. А я стоял у барной стойки и понимал, что больше не могу притворяться. Что твое пари сработало лучше, чем ты сама ожидала.

Поворачиваюсь к Вере, наши лица оказываются совсем близко. Вижу золотистые искорки в ее голубых глазах, чувствую ее дыхание на своей коже. Мне хочется сократить это расстояние, поцеловать ее прямо здесь, но сдерживаюсь.

— Вера, я ни разу ее не поцеловал. Ни разу не прикоснулся к ней так, как хотел прикоснуться к тебе каждую секунду той недели. Потому что понял – ты выиграла наше пари в тот момент, когда я перестал видеть в нем игру.

Ее дыхание становится чуть учащенным, и я вижу, как она сглатывает.

— Данил… но пари это же…

— Пари это была глупость, – перебиваю я и, не удержавшись, касаюсь ее руки. Кожа такая мягкая, теплая, и от этого простого прикосновения по мне проходит разряд. – Я думал, что смогу контролировать ситуацию, что останусь холодным наблюдателем твоих попыток меня «вычислить». Но ты изменила правила игры.

— Как?

— Ты всегда была настоящей. Не играла роль студентки-психолога, пытающейся применить теорию на практике. Ты была собой – честной, прямой, иногда слишком умной для моего же блага.

Большим пальцем глажу ее костяшки, чувствую, как она слегка дрожит под моим прикосновением.

— И когда я понял, что больше не могу думать ни о чем, кроме тебя, я испугался. Потому что это означало, что я проиграл. Что мое правило «никогда не влюбляться» оказалось несостоятельным.