Книга Беременна от жениха сестры, страница 36 – Елена Валерьева

Но в тот момент я ничего этого не знаю.

Я просто сижу в бетонной комнате, когда снаружи раздается первый глухой удар.

Потом еще один.

Мужские голоса.

Резкие команды.

Топот.

И тишина, оборвавшаяся так внезапно, что я перестаю дышать.

Дверь распахивается.

На пороге появляется не Глеб.

Сначала — тот самый мужчина в пальто. Но теперь без спокойствия. Без мягкой улыбки. Лицо перекошено злостью.

— Вставайте.

— Нет.

Он делает шаг вперед.

— Мне не нравится повторять.

— А мне не нравится, когда меня похищают.

Он хватает меня за локоть и рывком поднимает.

Больно.

Слишком.

Я вскрикиваю.

И именно в этот момент за его спиной раздается голос.

Низкий. Ледяной. Совершенно безэмоциональный.

— Руки убрал.

Мужчина резко оборачивается.

Я — тоже.

Глеб стоит в коридоре.

Черный. Жесткий. Убивающе спокойный.

За ним — еще двое. Один из них Алексей. Второго я не знаю.

Но никто из них не имеет значения.

Потому что я вижу только его.

И его лицо.

Никогда раньше я не видела его таким.

Не злым.

Это было бы проще.

А именно… пустым.

Почти страшно пустым.

Как будто вся ярость уже перешла ту точку, где выражается эмоцией, и стала решением.

— Это очень плохая идея, Ардов, — произносит мужчина в пальто.

— Для тебя — да, — отвечает Глеб.

И в следующую секунду все происходит слишком быстро.

Рывок.

Удар.

Тот мужчина валится в стену так сильно, что звук отдается по всему коридору.

Я дергаюсь назад, но кто-то уже подхватывает меня за плечи.

Алексей.

— Спокойно. Все.

Ничего не спокойно.

Потому что Глеб не останавливается.

Он не бьет как человек, который дерется.

Он бьет как человек, который пришел не за победой. За возмездием.

Точно. Жестко. Без лишних движений.

Я не успеваю следить.

Только слышу хрип, удары, глухой треск.

А потом Глеб уже стоит надо мной.

Смотрит.

Секунду.

И вдруг меняется весь.

Как будто из него разом вынули железо.

Он обхватывает мое лицо ладонями.

— Где больно?

Я моргаю.

Просто смотрю.

Потому что не ожидала именно этого вопроса первым.

Не «ты как».

Не «что было».

Не «он тронул тебя».

А именно:

— Где больно?

И от этого у меня в горле мгновенно встает ком.

— Мира.

— Рука, — шепчу я. — И… ничего. Я нормально.

— Врешь.

— Я правда…

— Врешь.

Он сжимает челюсть так, что желваки ходят под кожей.

Потом переводит взгляд ниже.

На мои ладони, которыми я все это время почти бессознательно прикрывала живот.

И застывает.

На долю секунды.

Очень короткую.

Но я понимаю сразу: заметил.

— Алексей, машину, — бросает он, не отрывая от меня глаз. — Быстро.

— Уже.

Глеб поднимает меня на руки.

Как будто я ничего не вешу.

И только тогда, оказавшись у него на груди, я наконец позволяю себе сделать то, чего держалась до последнего.

Вцепляюсь в него.

Обеими руками.

Крепко.

До дрожи.

До всхлипа.

И шепчу, уже не в силах сдерживаться:

— Я так боялась.

Он прижимает меня сильнее.

И отвечает не сразу.

Только когда мы уже выходим на холодный воздух:

— Больше не будешь одна.

---

Глава 28

Глава 28

Меня везут в ту же клинику, где я была вчера.

Я почти не сопротивляюсь.

Сил нет.

После выброса адреналина наступает странная пустота, а вместе с ней — резкая слабость и тянущая боль внизу живота.

Небольшая.

Но такая, от которой у меня леденеет кровь.

Глеб сидит рядом всю дорогу.

Ни на секунду не отпускает мою руку.