Книга Дом на краю, страница 28 – Женя Онегина

— На исторический, – Соня тяжело вздохнула.

— А на самом деле? – спросил Кирилл. Ему вдруг стало страшно интересно.

— Я никуда не стала поступать. Я хочу просто пожить, понимаешь? – Она почти кричала.

— Понимаю, – ответил он просто.

— Нет! – горячо возразила Соня. – Ты не можешь меня понять! Никто не может! У меня почти четыреста баллов по ЕГЭ. Я поступлю потом. На следующий год. Куда захочу!

Кирилл не стал спорить. Вместо этого он спросил:

— А почему мама в Москве, а папа в Питере?

— Папа уехал работать, а мама с ним развелась, – ответила Соня.

— Из-за работы? – не понял Кирилл.

— Ну да. Наверное. – Соня пожала плечами. – А из-за чего люди разводятся?

— Потому что разлюбили? – предположил Кир и посмотрел на небо. Высокое синее небо. На темную гладь озера, в которой отражались похожие на зефир облака. На Предъямский замок. И многовековую церковь Успения Девы Марии. Он слушал, как звонит колокол. Не смолкая.

— Или потом, что один хочет собаку, а второй нет, – сказала Соня.

— У вас есть собака? – заинтересовался Кирилл.

— У папы. Овчарка. Мама не любит собак.

— Слушай, ты сказала, у тебя две сестры?

— Да, но это маму не остановило.

Кирилл задумался.

Четыре года назад они с Настей не сомневались ни минуты. Просто однажды решили, что они должны быть вместе.

— Давай поженимся? – предложила Настя.

Они сидели на лавочке в Парке Горького и ели мороженое. Был конец августа, и днем стояла нестерпимая жара. Но ближе к вечеру на Москву опускалась прохлада, и люди спешили поймать лето за хвост. Найти свободную лавочку было непросто. Они с Настей были знакомы чуть больше месяца.

— Когда? – спросил Кирилл и откусил кусочек вафельного рожка.

— А это имеет значение? – удивилась Настя.

— В целом нет, – Кирилл пожал плечами.

— Тогда к чему этот вопрос?

— Ну я должен знать наши планы. Или не должен? – Он подозрительно посмотрел на Настю, и она рассмеялась.

— Так ты не против?

— А у меня есть выбор?

Кирилл потянулся к ее губам. Она ответила легким поцелуем и шепнула:

— Никакого…

Настя теперь стала его жизнью. Смыслом существования. Он терял разум, не имея возможности прижаться к ее губам. Он с трудом находил в себе силы отпустить ее, когда наступал вечер. Кирилл мечтал сделать ее своей навсегда. А Настя смеялась. Выскальзывала из объятий и возвращалась опять. Дразнила. Ластилась как кошка. И убегала. Не подпускала близко и дарила надежду. Прощаясь вечером у ее подъезда, Настя целовала его сама, крепко обнимая за шею, и шептала, что у них впереди вся жизнь. Кирилл послушно отступал. Шел домой. И мечтал. Копил деньги. На их будущее. На отдельное жилье. И свадебный подарок. Настя грезила Венецией. Городом Святого Марка.

И он исполнил эту мечту.

А в Предъямском замке все звонил и звонил колокол.

Соня давно уже молчала. Она стояла чуть в стороне, снова обхватив себя руками. Избегая встречаться с ним взглядом. Кирилл тихо выругался и привлек упирающуюся девушку к себе, стиснул несильно, потрепав по плечу, и проговорил:

— У тебя впереди еще целая жизнь. Там обязательно будет место и юридическому, и собаке.

Соня фыркнула и отстранилась.

Кирилл улыбнулся.

Он решил, что уже бессмысленно ждать от Насти новостей. Больше она не сбежит. Он почему-то был в этом уверен. Он больше не предоставит ей выбора. Кир достал из заднего кармана джинсов телефон и набрал сообщение: