Книга Любовь в Сочи, мопс и белые ночи, страница 50 – Женя Онегина

— Спит в машине, – ответил я. – Она очень устала.

— Тогда не задерживайтесь. Идем, посмотрим, какая температура, и езжайте. Сейчас ей больше всего нужен нормальный сон и тепло. И собаке, кстати, тоже.

— Спасибо большое, – поблагодарил я и забрал мопса.

Тот сердито лизнул меня в нос и отвернулся.

Я усмехнулся.

Никакой я не предатель, Воланчик!

Я просто за тебя волновался!

Температура у Алисы тоже оказалась нормальной. Девчонка даже не проснулась, когда запищал направленный в ее лоб термометр.

— Девочка просто замерзла, перенервничала и устала, – заверила меня чудо-доктор. – Поезжайте скорее домой, Святослав, тебе тоже нужно как следует отдохнуть. А завтра, если будет хуже, покажи ее врачу.

Я вежливо поблагодарил Анастасию Сергеевну и попрощался.

— Спасибо, мам! – сказала Зоя. – Прости, что как всегда – как снег на голову.

— Я привыкла, дочь, – ответила женщина немного устало. – Но на неделе надеюсь заехать к вам на ужин. Поболтаем.

“Медвежий угол” встретил нас сонной тишиной.

Я выбрался из машины, подхватил на руки упирающуюся Алису и направился к своей эко хижине. Зоя прицепила на поводок бодрого отдохнувшего Воланчика и направилась с ним к реке, подальше от питомника, чтобы ненароком не переполошить хаски.

В домике было тепло. Я вручил зевающей Алисе полотенце, пушистый халат и отправил в душ. А сам вернулся к машине за вещами.

Даня был еще на парковке.

— Пустишь к себе на диван на пару часов? – спросил я.

— Всегда рад гостям, – усмехнулся Царевич. – Все настолько серьезно, Свят?

— Дань, за кого ты меня принимаешь? – искренне удивился я.

— Принести вам что-нибудь перекусить? – тут же перевел тему друг.

— Я сам справлюсь, – заверил я. – Если только завтра меня не лишат обеда и ужина за несанкционированное вторжение на кухню.

— В маленьком холодильнике у самой двери всегда есть еда для таких случаев.

— Я помню, Дань. Спасибо, – искренне поблагодарил я и добавил: – Я прослежу, чтобы Алиса поела, и приду к тебе.

Когда я вернулся в эко-хижину, Алиса дремала, свернувшись клубочком на самом краю широкой кровати. Но услышав меня, встрепенулась и села, зябко кутаясь в огромный банный халат.

— Я принес нам поесть, – сказал я.

— Спасибо, – ответила Алиса и смущенно улыбнулась. – А где Воланчик? И как он?

— Весьма бодр. Зоя с ним сейчас гуляет, а потом приведет сюда. И я смог дозвониться до Кати. У них все в порядке.

— Хорошо, – пробормотала девчонка тихо и сжала рукой полы халата у самого горла.

— Алис, нужно поесть, – напомнил я. – А потом ложись-ка спать. Тебе нужно как следует отдохнуть. А я пойду к Дане, не буду тебе мешать.

Алиса бросила на меня удивленный взгляд из-под ресниц, но спросила совсем другое:

— Во сколько мы завтра выезжаем к ГЭС?

Я нахмурился, но все-таки ответил честно:

— Тебе лучше остаться в “Медвежьем углу” и отдохнуть, Алис. Дождешься подруг здесь. Вкусная еда, хорошая компания, свежий воздух… Что еще надо?

— А ты? – спросила девчонка тихо.

— А я вернусь к ребятам на маршрут.

Алиса не ответила. Взяла с тарелки бутерброд с копченым мясом и обиженно уставилась в окно. Я налил в большую кружку облепиховый чай и поставил перед ней.

И сам принялся за бутерброды. Некоторое время мы ели молча. Алиса дулась, я тренировал силу воли. Зоя и Воланчик пришли, когда еда почти закончилась и пауза значительно затянулась. Чудовище – возбужденное, счастливое и сырое от ночной росы – кинулось к нам, требуя угощение. Алиса ласково потрепала его за ушами и протянула крошечный кусочек мяса.