Книга Холод татами, страница 34 – Женя Онегина

— Ксюш, ты как? – Мих подошел и встал рядом со мной.

— Я не знаю, – ответила чистую правду.

— Артур просил отвезти тебя домой. Они с Максом поехали в больницу.

— Хорошо.

Мне было все равно. Мне было нужно только одно: услышать, что с Игорем все в порядке. Что он будет видеть, слышать и ходить. Что ему не проломили череп. Что я еще не раз услышу его голос и он обязательно поведет меня в зоопарк. Снова.

— Ксюх, ну ты чего? – Никита обнял меня за плечи. – С ним все нормально. Ну, может, челюсть сломали. Но с кем не бывает?

— Смолов, помолчи лучше, – одернул его Мих. – Ксюш, где твои вещи?

Едва поднявшись в квартиру, я выставила ребят за дверь. Зашла в ванную и разрыдалась. Горько. Взахлеб. Мне хотелось орать и лупить по стене кулаками. Но я смотрела на себя в зеркало и молча давилась слезами. Потому что в один миг забавное приключение перестало быть таковым. До этого все было ненастоящим. Как игра в «казаки-разбойники». Мне казалось, что если я и мои друзья следуем определенным принятым правилам, то и все остальные тоже. Что мир вокруг полон таких же восторженных дураков. Я осознала, что на месте Игоря мог быть любой из нас, что игры кончились, фактически так и не успев начаться.

Артур позвонил, когда я практически пришла в себя и даже успела принять душ.

— Игорь в сознании, – сообщил он голосом, лишенным всяких эмоций.

А я закрыла глаза. По моим щекам вновь потекли слезы.

— У него сломана верхняя челюсть, нос. Трещины пары ребер и травма колена. Ну и сотрясение.

Язык не слушался. Я никак не могла подобрать слова.

— Ксюш, ты где?

— Я дома, – прошептала в трубку.

— С тобой все в порядке?

— Игорь… он поправится?

— И довольно скоро. Если не будет делать глупостей, – Артур замолчал на пару секунд, а потом добавил уже мягче: – Я сейчас приеду.

— Отвези меня на море, пожалуйста.

— Сейчас? – теперь в его голосе проскользнуло удивление.

— Это сложно?

Он замолчал. Я слышала чужой разговор на том конце трубки. Но не могла разобрать ни слова. Наконец Жданов ответил.

— Собирайся. Я сейчас приеду.

Мы подъехали к косе, когда солнце уже клонилось к закату. Я открыла окно, и в салон ворвался насыщенный соленый воздух. Артур с беспокойством посмотрел на меня и снова вернулся к дороге.

Спустя полчаса мы въехали в поселок. Артур остановился у неприметных ворот и вышел из машины. Я последовала за ним. Жданов долго ковырялся с ржавым замком на покосившейся калитке. Наконец створка с пронзительным скрипом поддалась, и мы шагнули в заросший крапивой двор старой, еще довоенной постройки, дом со следами побелки на каменных стенах стоял на берегу залива. Рядом виднелась перевернутая плоскодонка, которую явно давно не спускали на воду. Пара белоснежных лебедей качались на волнах в прибое и, увидев нас, заметно оживились.

— Чей это дом? – спросила, едва Артур подошел.

— Теперь мой, – он пожал плечами. – Я проводил здесь все каникулы в детстве.

— Артур, я не спрашивала, но…

Он обнял меня, не позволив продолжить. Потом коснулся моих губ невесомым поцелуем и произнес:

— Привезти тебя сюда было плохой идеей. Дом стоит закрытый больше года. Я думаю, что нам стоит вернуться.

— Давай сначала пройдемся к морю.

— Пляж на другой стороне. Нам по пути.

— Подожди, давай побудем здесь еще немного.