Книга Присвоенная, страница 56 – Виктория Волкова

— Мурад, — снова мяукает Белла. Но поздно. Осторожно толкаюсь внутрь и останавливаюсь, стараясь поймать небывалую волну кайфа.

Жена ерзает нетерпеливо, пытается задать темп. Но я, подхватив ее под попу, перехватываю инициативу. Двигаюсь медленно и осторожно. Сдерживаюсь, стараясь не напугать. Белла подстраивается под мой темп. Ускоряюсь, теряя контроль. Мы оба задыхаемся от страсти и одновременно достигаем пика.

— С ума сойти, — выдыхаю, падая рядом. И тут же прижимаю Беллу к себе.

— Муж, — шепчет она, распластавшись у меня на груди. — Мой муж, — вырисовывает пальчиками узоры на бицухе.

— Моя, — целую в лоб. От избытка чувств лишь на секунду прикрываю веки. А когда распахиваю глаза, в комнате уже темно, за окном густой сумрак. На плече спит Белла. Отпраздновали, твою мать...

Аккуратно высвободив плечо, включаю ночник, озаряющий мягким светом несусветный бардак, царящий в комнате. Да ладно. По фиг!

Жена что-то бормочет и переворачивается на живот. Тянет на себя одеяло. Ногой откидывает его в сторону. Бережно накрываю раскрытые розовые пятки. Осторожно поднимаюсь с кровати, стараясь не разбудить Беллу. Ступаю неслышно. Босые ноги утопают в длинном ворсе ковра. Выуживаю из пиджака айфон и аж крякаю от изумления. Сорок пропущенных!

С десяток — от Сарматова, несколько — от Влада Рубашкина, два — от Марты и остальные стопятьсот — от братьев. Интересно, зачем я им понадобился? Или охрана наболтала о регистрации? Надо проверить. Самых языкатых уволить. Надоело жить в бесконечных сплетнях.

— Агата, — звоню экономке. — Поесть нам принеси, пожалуйста.

— Да-да, конечно, — откликается заспанный голос.

Сбросив звонок, смотрю на часы. Половина второго ночи. Классно мы с Беллой повеселились! Усмехаюсь криво и неожиданно понимаю простую истину. Другого мне и не надо. С Беллой каждый день — как праздник. Вернувшись к постели, улыбаюсь во все тридцать два. Укутанная в одеяло, жена спит на боку, отставив совершенно голую попу. Смеясь, целую каждую булку, накрываю одеялом. И чувствую, как душу наполняет ни с чем не сравнимой нежностью. Даже не догадывался, что такое бывает!

Накинув халат, выхожу в примыкающую к спальне гостиную. А там уже Агата расставляет на столе блюда с закусками и бокалы.

— Кажется, я не просил, — киваю на бутылку «Кристалла».

— Так свадьба же! — поднимает на меня удивленный взгляд экономка.

— В два часа ночи его никто пить не будет, — усмехаюсь устало. — Завари нам, пожалуйста, чай и иди спать. Посуду утром пусть горничные уберут.

— Да я сама уберу, Мурад Мусаевич. До утра засохнет все и завоняется, — фыркает она недовольно. — Как покушаете, позвоните. Я прибегу.

— Хорошо, — пожимаю плечами. Приоткрываю блестящую крышку и исхожу слюной.

Сациви! Я бы его каждый день ел. Слышу, как рядом хлопает дверь. Наконец-то! Я один в комнате. Могу отвести душу. Опускаю мизинец в теплый соус и облизываю, смакуя. Как же классно!

Почувствовав на себе взгляд, оборачиваюсь резко, будто меня поймали на месте преступления. Закутавшись в одеяло, в дверном проеме стоит Белла. Заспанная, лохматая и бесконечно родная.

— Я вилкой и ножом тоже умею, — заявляю, снова облизывая пальцы.

— Я тоже хочу, — подходит она ближе.

— Иди ко мне, — усевшись в кресло, притягиваю Беллу на колени. Аккуратно отламываю кусочек от куриной ножки и кормлю с рук.