Книга Присвоенная, страница 21 – Виктория Волкова

— Учту на будущее, — улыбаюсь несмело. И приняв хрустальный стакан из рук стюардессы, делаю маленький глоток.

— Я хочу, чтобы ты курировала работу благотворительного фонда. Мы им помогаем по возможности, — вздыхает Мурад. — Но я люблю держать все под контролем. А времени на все не хватает. Если бы ты согласилась контролировать...

— Хорошо, — киваю, не задумываясь. — Что нужно делать?

— Распределять между нашими подопечными наши деньги, — объясняет Мурад. — А то может получиться как сегодня. Деньги в фонд отправлены и болтаются на расчетном счете. Только на личные счета детей они не поступили. А для многих каждый день важен, понимаешь?

— Да, конечно, — пожираю Хафизова благоговейным взглядом.

Неужели этот человек идеальный? Красивый, благородный, добрый!

— Мурад, — заискивающе зовет моего мужа Наина, как только шасси самолета касаются бетонной полосы. — Я могу с Беллой прогуляться по магазинам.

— Нет, спасибо, — холодно отрезает Хафизов. - Я сам.

Если бы кто спросил мое мнение, то я бы с удовольствием отправилась на шопинг с Наиной. Она все знает. И в женской компании покупать наряды приятнее. Нижнее белье тем более. Но своим отказом я боюсь обидеть Мурада. А он будто намеренно возводит стену между мной и Наиной. Не запрещает общаться, но разделяет специально.

— Ты занят, а я могла бы... — продолжает настаивать Наина, явно перегибая палку.

— Жена, — тихо окликает ее Наиль. Но уже поздно.

— Ты считаешь себя в праве планировать мое время? — поднимает вверх одну бровь Мурад. На высоких скулах появляются желваки, а холодный как сталь голос режет воздух.

— Прости‚ — спохватывается Наина, заливаясь румянцем. — Я всего лишь хотела показать твоей жене стоящие магазины. Помочь с выбором...

— Стоящие? — вскидывается Мурад. — Стоящими должны быть дела, Наина. Не магазины. А ты из-за тряпок совсем голову потеряла. Умудрилась забыть о больном ребенке. Ты знаешь, ему трудно дышать... В моем понимании - это за гранью...

— Но как-то же все эти дети жили без участия Хафизовых, — легкомысленно вздыхает Наина, закатывая глаза.

— С трудом. Многие так и не дождались помощи, — роняет Мурад, поднимаясь с места. — Брат, — обращается он к Наилю. — Запиши жену на курсы этикета, пожалуйста! Больше я не собираюсь терпеть ее выходки...

Муж подает мне руку, ведет к выходу.

— А если я не хочу? — выкрикивает Наина.

— Тогда отправим тебя в Ачгори, — лениво поворачивается к невестке Мурад и снова находит брата строгим взглядом. — Я все сказал, Наиль. Если к вечеру не найдутся курсы, завтра утром твоя жена вернется домой.

— Хмм... Мурад, — откашливается в кулак Наиль. — У меня сейчас много дел в Москве... Я не смогу уехать домой.

— О тебе речи не было, — резко замечает Мурад. — Ты нужен мне здесь. Разговор идет только о дурно воспитанной женщине, решившей опозорить нас окончательно. А ты ей потакаешь, балуя еще больше.

— Ну‚ я понял, — уныло замечает младший брат. — Больше такого не повторится...

— Надеюсь, — коротко кивает мой муж, выходя из самолета. Подает мне руку. — Осторожно, не зацепись, — кивает на трап. В голосе Мурада неожиданно появляются мягкие заботливые нотки.

Вцепившись в его руку, опускаю взгляд на ступеньки. Иду рядом ни жива ни мертва. И пытаюсь уложить в своей пустой голове простую истину. Неугодных жен Хафизовы ссылают в Ачгори.