Книга Тьма. Том 9, страница 5 – Лео Сухов

Местные всё-таки навели справедливость сами. Уже потом, когда собралось срочное совещание глав городских служб, я узнал, как именно дело было. Впрочем, всё прошло ожидаемо: Пискарёв рванул к своим, рассказав им о предательстве. Их коллеги быстро организовали бойцов ополчения из тех, кого можно было снять со стен, и пошли штурмовать высокие кабинеты.

И нет, не в переносном смысле штурмовать, как обычно это делается, а в самом прямом. По пути к ним присоединились рядовые безопасники, которых собрали коллеги Синякина в обход начальства. Само начальство, к слову, удалось взять под стражу тихо и без лишнего шума.

А вот с правителем города не прокатило. В первые минуты местная охрана и преторианцы выступили против жителей. Завязалась серьёзная стрельба. Если бы не общая неразбериха из-за зверья, всё могло бы закончиться весьма печально.

Но сначала, пользуясь численным преимуществом, удалось выбить сторонников власти из радиоточки. А потом, когда радио «Сто» на весь город рассказало о произошедшем, рядовые охранники стали массово переходить на сторону восставших.

Да и преторианцы умирать за предателей не захотели. За исключением немногочисленных сторонников заговора, которые заняли ту часть здания, где располагались высокие кабинеты — в том числе и городского головы Проскурятина.

Заняли хорошо, надёжно. Со стрелковым оружием нечего было и думать прорваться сквозь их плотный огонь. Но тут своё веское слово сказали тяжёлые орудия на стенах, которые «нашим» удалось развернуть в центр города.

Одни разрывной снаряд, удачно залетевший в окно этажа, решил вопрос. Никаких защитников Проскурятина и его клики на этаже не осталось. Правда, и случайным чиновникам, не успевшим покинуть свои кабинеты, досталось.

Увы, взять Проскурятина живым, чтобы повесить в назидание, не удалось. Снаряд прилетел аккурат в его кабинет, где градоначальник изволил строить планы побега. Хорошо ещё, что взрывом ему не обезобразило лицо, иначе возникли бы сложности с опознанием.

Саша, понятное дело, была в бешенстве. Но отменить чью-то смерть, чтобы казнить повторно, не могли даже члены правящего рода.

Зато сразу же, как началось собрание, я порадовал Сашу тем, что надо срочно уходить из города. А на вопрос: «Как⁈» — ответил, что средство у меня есть. Но вскоре выяснилось, что есть шансы прорваться и без плетения, полученного мной от дяди Жени. С трудом, но прорваться.

Сколько бы тысяч зверей ни собралось под валами, местные были людьми опытными. И знали, как справиться с этим живым и не очень океаном. Большую часть зверья оперативно перестреляли, так что к вечеру бой был закончен. А защитники втягивали крюками на тросах мёртвые туши внутрь города, на разделку.

Само собой, далеко не всё мясо можно было употреблять в пищу. Но в Стопервом умели проводить обработку мясных отходов так, чтобы они стали безопасными. Старые установки научного предприятия позволяли расщепить всё в белковую массу, избавленную от излишков теньки.

А затем продукты из этой дряни в виде консервов расходились по всем Серым землям. Этой возможности Стопервого очень завидовали остальные местные. Однако повторить у себя такие установки пока никто не сумел.

Всё это я узнавал на ходу, в спешных сборах. Наша колонна готовилась выдвинуться на север ещё до заката. Все понимали, что греки ждать не будут. И раз уж проникли в город, всё-таки разберутся и со мной, и с Авелиной, и с цесаревной — заодно уж.