Книга Тьма. Том 9, страница 2 – Лео Сухов

Он-то, наверно, имел в виду ромеев. А именно, супермощные удары носатого. А вот я ощупал себя и вытащил из бокового кармана послание дяди Жени. После чего незаметно перепрятал его понадёжнее.

В этот момент нас тряхнуло очередным взрывом где-то наверху. Он оказался таким сильным, что даже у нас под землёй дрогнули стены и пол. С потолка посыпалась какая-то труха. Мы с безопасником, не сговариваясь, задрали головы в попытке рассмотреть потолок.

Это только кажется, что нечему с такого технологичного потолка сыпаться. На самом деле, и там хватает трухи и пыли, чтобы устроить «осадки». Синякин прокомментировал взрыв очень просто:

— Главным орудием засадили… И это прямо в сердце города… Что-то у них там не заладилось!

Конечно, не заладилось… Когда в предательстве замешан не хрен собачий, а высшее руководство, то надо думать, помощников удаётся найти немало. Да и вряд ли такие высокостоящие люди не продумали варианты, что делать, если их раскроют.

Конечно, и безопасники, и люди Пискарёва наверняка привлекли дополнительные силы. Но если стреляли наверху ещё до того, как мы проснулись… Скорее всего, на тот момент причина была другая: изменённое зверьё всё же пошло на приступ.

А это сильно ограничивало наших союзников. Ведь большая часть бойцов, которых они могли подтянуть, была задействована на отражении атаки зверья. Не получилось бы у наших сейчас снять людей со стены и бросить в центр.

Вот, видимо, и компенсировали недостаток сил тяжёлыми орудиями.

— Надо будить Арсения, Лину и Сашу, — решил я. — Если там действительно тяжко, мы хоть помочь сможем.

— Будить надо, — согласился Синякин. — А помогать не надо.

— Почему? — с интересом посмотрел на него я.

— Потому что, как вы, Фёдор, правильно сказали, это наш город, — честно ответил безопасник. — И нам тут жить и наводить порядок. А ваше вмешательство приведёт к тому, что часть жителей решит, что мы плотно под Русью ходим…

— Но ведь так и есть! — я усмехнулся.

— Да. Только людям это знать необязательно! — поморщился Синякин. — Люди должны верить, что живут в Серых землях, а не по законам Руси. Они же для того и бежали сюда, за свободой.

На это мне возразить было нечего. Но и затягивать я не хотел. Если та же цесаревна поймёт, что её не разбудили сразу, обида будет такая, что вовек не оправдаешься. А она всё-таки Рюриковна. У этого рода, подозреваю, личных обид не бывает. Вместо этого они сразу становятся семейными.

Так что, посидев ещё минут десять, я начал расталкивать девушек и Арсения. Правда, делал вид, что сам только-только проснулся и едва-едва разобрался в том, кто я, где я, а главное — что дальше. Ну а затем, естественно, мне пришлось сдерживать Сашу, рвущуюся в бой. Главным аргументом стало то, что бросать внизу Синякина с переломом как-то неправильно.

Когда мы выбрались из-под земли, дойдя до жилых ярусов, нас встречала картина маленького разгрома. То ли местные от избытка чувств не только свергали власть, но и сбрасывали негатив на стены… То ли сторонников у власти оказалось больше, чем ожидалось. А может, и кто-то из силовиков встал на сторону начальства. Как бы то ни было, следы боя виднелись повсюду.

При этом буря здесь явно закончилась. Живых людей на нижних ярусах наземной части встретить не удалось, а стрельба опять-таки велась выше. А вот пару трупов в военной форме, лежащих на остатках какой-то баррикады, мы обнаружили.