Книга Тьма. Том 9, страница 39 – Лео Сухов

— Удачи вам в борьбе с грызунами… — кивнул Арсений, которому в этот момент пришла в голову совершенно глупая мысль.

А не придёт ли сейчас на собрание та учёная, с которой он общался вчера?

Девушка миловидная, более того — красивая. И, что большая редкость, умная. Жаль, конечно, что замужем. Но Арсению было бы приятно и просто поговорить.

Стоило Тенебровову с Булочниковым остаться одним, как выражение на лице учёного резко изменилось. Он посмотрел на стену и громко попросил:

— Выходи уже, Борьков! Где там тебя черти носят?

— Сами сказали, чтоб прощупывал щит Седовых-Покровских!.. — обиженно заявил молодой мужчина, отодвигая стенную панель, ведущую сюда из служебных коридоров.

— Прощупал?

— Да, эту их родовую защиту я не пробью, — ответил он.

— Борьков, слушай сюда! — прошипел ему Булочников, подходя ближе. — Бросай ты этих ущербных Седовых, с ними и без того разберёмся… Лучше следуй по пятам за этой царской девкой. И делай всё, чтобы она шла туда, куда мы указываем. Ты понял меня?

— Она, в лучшем случае, ещё день за вами походит, не больше! — буркнул Борьков. — Это вообще-то Рюриковна, а не обычная двусердая с улицы…

— Да плевать, кто она! Тебя сюда не за красивые глаза отобрали! — вмешавшись в разговор, отрезал Тенебровов. — Просто, ять, сделай так, чтобы она слушалась?

— Да не могу я так сделать! — возмутился молодой мужчина. — Как⁈ На ней защит больше, чем на всём этом предприятии! И упаси меня хоть одну случайно тронуть!

— А ты как-нибудь придумай, Саш, придумай! — посоветовал Булочников.

— Разве что не дать ей проснуться… — буркнул тот.

— Чего⁈ Ты в своём уме? — аж закашлявшись, возмутился со своего места Тенебровов. — Это всё! Это конец будет, придурок!

— Да я не об убийстве! Что вы такое говорите-то? — испуганно замахал руками Борьков. — Можно просто воздействовать на её сны. Она будет спать, и ей будет сниться, как она у нас здесь проводит проверку…. Только надо, чтобы цесаревна уже хоть раз видела всех участников сна. Если я ей кого-то незнакомого покажу, тогда может задуматься и проснуться. Ну и тогда всё… Тогда провал.

— А если досмотрит до конца? — нервно щурясь, уточнил Тенебровов.

— Тогда не будет ничего помнить. Кроме того, что я ей покажу… — успокоил его Борьков.

— Оставим это на крайний случай! — хлопнув по столу, отрезал Булочников. — Пока что она идёт на празднование. А значит, старайся направить её мысли в нужное русло.

— Вам легко говорить! — огрызнулся Борьков. — А если заметит? А если почувствует воздействие? И так каждый день по грани ходим…

— Как будто она твоих навеянных снов не почувствует!.. — беспокойно дёрнул щекой Тенебровов.

Ему Борьков не нравился с самого начала. И заместитель главы СБ давно мечтал этого молодчика где-нибудь прикопать.

Вот только другого менталиста днём с согнём не сыщешь. Ни здесь, ни на Большой земле. Все наперечёт, и у царя с его пёсьими опричниками на виду. Вот и приходилось Борькова терпеть. Всё равно в одном дерьме по уши.

— Сны даже на защите отразятся! — помотав головой, ответил Борьков. — Но их всегда можно объяснить тем, что мы старались ради её высочества… Ну вроде как чтобы спокойно спала и без бессонницы…

— Иди уже, бессонница!.. Чтоб от цесаревны ни на шаг! — буркнул Тенебровов.

— Так… Ну и как это произошло? — мрачно спросил Булочников, глядя на лежащую на кушетке цесаревну.