Книга Тьма. Том 9, страница 127 – Лео Сухов

— Ну а чего в моём заявлении необычного? — спросил Андрей. — Одна-единственная жизнь важна одному-единственному человеку. Самому себе. Ну ещё, может, родным и близким, если такие имеются. А зачем тебе люди, стату́я?

— Нужны, — спокойно ответила Тьма, покачав точёным подбородком. — Не всё ли тебе равно, зачем?

— Знаешь, если бы нам, людям, было всё равно, мы бы добровольно к тебе пришли! — заметил Андрей. — Но ты ведь, как я понимаю, хочешь от нас служения. Хочешь нами управлять. А многие бы сказали, что лучше сдохнуть…

— Ой, ты слишком хорошего мнения о людях! — с легкомысленным видом отмахнулась Тьма. — За тысячу лет никто ещё, в конце концов, не отказался. Бывают, конечно, те трусишки, кто так и не решается согласиться… А вот отказаться не смог никто. Ты ведь сейчас говоришь о свободе. А свою свободу вы давно продали. Все поголовно, причём.

— Видишь, есть те, кто не стал соглашаться! — возразил Андрей. — Не надо передёргивать и подменять смыслы. Те, кто не попал сюда, когда чувствовал, что не сможет от тебя отбиться. Выходит, эти люди не захотели служить тебе.

— Они просто почувствовали, что быстро сдадутся! — усмехнулась Тьма. — А в итоге, все бы согласились на моё предложение… Все… Вы, люди, привыкли соглашаться. Вы все подчинены своему обществу, той системе, которую сами создали. Вы её рабы. И единицы из вас могут встать во главе, чтобы командовать другими. А ещё реже встречаются те, кто смог над системой подняться. Таких вы сами, в первую очередь, стараетесь уничтожить. А все остальные сами, добровольно, отказываются от свободы…И ведь я даже не собираюсь её так ограничивать, как ваше общество. Со мной вы будете куда свободнее!

— А мне кажется, шило на мыло променяем… — неожиданно серьёзным голосом сказал Федя-младший.

— Малой дело говорит! — поддержал парня Андрей. — С системой хоть какие-то шансы есть. А с тобой, идолище каменное?

— Со мной и не нужны шансы! — парировала Тьма, растянув губы в спокойной улыбке. — Я ценю каждого человека, вставшего под мои знамёна. Знаете, сколько их, таких мальчиков и девочек, за тысячу лет было? И никто не жалеет о своём выборе. Все они живы, все рано или поздно придут, чтобы принести другим людям меня, как величайший дар!..

— Да ну на хрен! — Андрей решительно захлопнул дверь.

— А что если она права? — тихонько спросил Федя-младший.

— А ты сам как думаешь, малой? Права она или нет? — устало опустившись на землю у стены, спросил Андрей.

— В этот раз я не очень поверил… — чуть-чуть подумав, ответил мальчишка. — Раньше она убедительнее была.

— Это потому что тебе плевать с высокой колокольни и на системы, и на личную свободу. В силу пубертатного возраста и очень пустой головы! — добродушно усмехнувшись, Андрей отечески похлопал севшего рядом Федьку по котелку на плечах. — Сегодня она, парень, мои мозги компостировала…

— Тебя что, действительно настолько волнует личная свобода? — на миг зависнув, удивился мелкий.

— Нет… Больше нет… — беззлобно хмыкнул Андрей, тяжело вставая с земли. — В общем, это она зря всё затеяла. Был бы жив — может, как болван, послушал бы. А так… Я свою жизнь давно просрал.

— Ну я-то, между прочим… — Федька вовремя осёкся, так и не сказав «тоже».

Тьма искала слабые места, не понимая, что нас не двое, а трое. И даже Федя-младший догадался, что не стоит раскрывать эту тайну раньше времени.