Книга Тьма. Том 7, страница 68 – Лео Сухов

— Всё, отмучился Топтыгин! — наконец, заявил проводник, глядя на медведя, который перестал дёргаться и теперь без движения лежал на земле.

— Не торопись!.. — посоветовал ему Бархан и придержал за плечо, когда тот начал подниматься.

— Да помер же! — удивился проводник.

— Не торопись! — с нажимом повторил глава разведчиков.

Проводник начал тихо бурчать себе под нос. Ворчал он и про то, что надо бы дела быстрее делать, и про то, что ему давно домой пора. Но Бархан его не слушал. За свою жизнь он перебил столько изменённого зверья, что почти никогда не ошибался. Практически всегда знал наперёд, будет ли зверь с сюрпризом или спокойно сдохнет.

Вот и в этот раз не ошибся. Не успел проводник закончить бубнёж, как туша медведя вдруг испустила неприличный звук. И он был настолько громким, что с ветвей окрестных деревьев аж шапки снега посыпались.

— Оценка! — отдал Бархан приказ своим.

Один из разведчиков, щуплый, но бодрый мужчина, осторожно выступил из-за дерева. И, вытащив странного вида ружьё, похожее на духовое, выстрелил в труп медведя.

Ударив о шкуру, пуля застряла в меху. Впрочем, её задачей было не убить, а исследовать. Длинный цилиндрик представлял собой сложное техномагическое устройство.

Называлось оно «оценщик».

Стоила такая штука очень дорого, но, к счастью, была многоразовой. Если, конечно, не забывать её забрать после использования.

Сейчас на цилиндре вспыхивали руны, один за другим активируя механизмы для оценки окружающей среды. А уже от них на техномагическую церу разведчика, выпустившего «оценщика», приходила информация.

Впрочем, к моменту, когда были готовы результаты, Бархан и так знал, с чем имеет дело. Лёгкий привкус миндаля возник во рту вместе с очередным порывом ветра. И этот привкус заставил его отвести отряд подальше от медвежьего трупа ещё до того, как на церу пришла информация.

— Циан, — наконец, раздалось в рации то, что Бархан уже знал.

— Сжигайте! — приказал он, покосившись на бледного, как мел, проводника.

Один из бойцов, высунувшись из-за ствола, выстрелил в ядовитое облако из ракетницы. И в тот же миг среди деревьев вспух огненный цветок.

— Да что же это⁈ — дрогнувшим голосом уточнил проводник, которому резко стало плевать и на печь, и на старые кости. — Что это за твари такие, а?

— Это не обычные изменённые твари, а из гнездовища, — пояснил Бархан. — Оно меняет зверьё сильнее, делает из них настоящих солдат. Что на севере?

— Да болота там! — горестно сплюнув в снег, отозвался пожилой мужчина.

— Значит, пойдём по болотам. Хорошо, что ещё холодно, и они замёрзшие, — вздохнул глава разведчиков. — Если там гнездовище, о нём надо сообщить. А вот если настоящее гнездо…

Об этом думать не хотелось. Гнездовище — ещё полбеды. А вот проснувшееся гнездо, или как их здесь называли, Дикое гнездо — уже беда. И эта беда грозила затронуть не только земли Руси, но и все Серые земли.

И пусть отсюда нельзя было отправить сигнал на Большую землю, пусть сложные устройства начинали здесь сбоить, однако способы имелись. И этим способом разведчик собирался воспользоваться, если найдёт в глубине таёжных болот что-то реально опасное.

Он знал одно: Ишим должен получить информацию любой ценой. И тогда, если потребуется, Ишим придёт на помощь.

А вот если отряд Бархана не справится… Тогда лучшие бойцы княжества, те, кто собирался чистить Серые земли, сами окажутся под ударом.