Книга Тьма. Том 6, страница 57 – Лео Сухов

— Проходите за мной, прошу, — учтиво предложила Авелина, а я подал знак десятнику открыть дверь в гараж.

Это, конечно, вызвало возмущение следователей, которые там сейчас возились, но плевать мне на него было с высокой колокольни. Померзнут две минуты, не переломятся. Андрею, вон, в пришлой жизни и при минус пятидесяти работать приходилось. И ничего — помер не от холода, а из-за любви к блинам.

Когда я повернулся к Дашковскому, старик протянул мне руку. В ответ я предоставил ему сгиб локтя, на который и опёрся патриарх рода. Правой рукой он держался за палку, левой — за меня, и так и шёл, с трудом двигая ногами, в то время как позади следовала по пятам охрана.

Насколько я понимал местный этикет аристократов, таким образом старый патриарх высказал мне свою благосклонность и доверие. А это дорогого стоило. Если бы Дашковский не считал меня достойным доверия, воспользовался бы помощью одного из своих бойцов.

— Вы её обнаружили, Фёдор? — спросил он, пока мы шли через двор. — Расскажете мне, как оно вообще так получилось?

— Да, Виктор Андреевич, обнаружил я. Мы стали разгребать завал из хлама в трёх комнатах в подвале… — а дальше я, как мог, подробно и в то же время сжато, описал случившееся.

— Значит, паршивец Лампа за этим стоял… — тяжело вздохнул Дашковский. — Мы подозревали… Мы искали её тогда ещё пять лет… Пять лет!.. А всё это время она была здесь, внизу…

Мы вошли в подвал, и я уже собирался указать, где лежат перенесённые останки Дашковской… Но, оказалось, старику были не нужны советы.

Он её нашёл.

Хватило нескольких лоскутков платья и почти сгнившей бальной «лодочки».

Старик потянул меня к носилкам, где лежали останки, и неожиданно заплакал, без сил опускаясь вниз. Я помог ему встать на колени рядом с погибшей сестрой. А патриарх, не стесняясь никого, рыдал, поглаживая кости кончиками сухих морщинистых пальцев.

— Прости, родная наша… Не уберегли, — шептал он, сотрясаясь в рыданиях. — Не нашли… Ну хоть теперь ты вернулась…

Так продолжалось ещё минуты две, пока старый князь не успокоился. Он глубоко вздохнул и начал подниматься, опираясь на палку, а я, как мог, помогал ему. Стоило Дашковскому утвердиться на ногах, как тут же подошёл следователь:

— Ваши сиятельство! Вещи вашей сестры, согласно описи.

— Благодарю! — кивнул старик, принимая сложенные в пакет украшения. — Останки моей сестры ждём сегодня в усадьбе. Всё, что найдёте. Я поговорю с вашим руководством и поблагодарю их.

— Рад служить, ваше сиятельство!

А дальше мы в полном молчании двинулись в обратный путь к машине. Старый князь шёл с ещё большим трудом, чем раньше, но явно не разрешал себе показывать усталость.

— Когда сестра пропала, отец приказал дать мне кнута, — неожиданно поделился он на полпути. — Я после этого ни стоять, ни лежать, ни сидеть не мог, окромя как на животе. Но это была меньшая боль по сравнению с тем, что я испытал, когда не нашёл сестру… Мы были с ней очень близки. Год разницы, всё детство и юность вместе… Я так и не смог себе простить, что за ней не уследил…

За время его рассказа мы дошли до машины, и старый князь вновь оглянулся на дом.

— Сто сорок пять лет вины — это очень много… — признался он.

Достав из кармана перстень, завёрнутый в чистый платок, я протянул его патриарху.