Книга Тьма. Том 6, страница 130 – Лео Сухов

Впрочем, засевшие в броневичке бойцы не сдавались. Что там теперь происходит, увидеть не вышло: взрыв отключил все фонари вокруг. Но уехавшие «ирбисы», похоже, открыли огонь через узкие щели для стрельбы. А спустя несколько секунд загрохотало и орудие в башне.

В этот момент начала дрожать защита вокруг особняка. Ещё несколько попаданий — и всё. Накинув кобуру «пушка», я сунул в карманы две пачки патронов, а затем подошёл к Тёме, снял его с подоконника и, глядя в жёлтые испуганные глаза, приказал:

— Уходим! Быстро!

А удостоверившись, что кот растворился в тенях, подхватил жену на руки и вынес из комнаты.

Странный способ передвижения, не спорю… Но, чтобы получать подпитку от сердца Седовых, я почему-то должен был чувствовать сердцебиение Авелины.

— Вашбродь! — тут же подскочил к нам Давид. — Быстрее в подвал!

— Из чего…пфф…пфф… по нам стреляют? — спросил я, сдувая прядь волос Авелины, лезшую мне в нос.

Но, слава Богу, она и сама умничка была: тут же заправила непослушные волосы за ухо, чтобы мне не мешать.

— Чёрт знает… Так не определишь! — ответил, между тем, Давид. — Что-то среднее, но слишком редкие выстрелы…

— Засёк их! — азартно прошипела рация. — Старьё, годов семидесятых, ять!

— Где? — живо отозвался начальник охраны.

— Раменье в километре отсюда! — доложил боец. — Обслуга — трое, руки из жопы. Бьют прямой наводкой.

— Обслугу снять сумеешь? — уточнил Давид.

— Тридцать секунд! — откликнулась рация.

— Это Гришка. У нас на крыше с дальнобоем залёг… — пояснил мне начальник охраны.

— Защиту снять сможете? — снова зашипела рация голосом пока малознакомого мне Гришки.

— Вашбродь? — Давид вопросительно глянул на нас.

— Снимаю на секунду, — сказала Авелина, продолжая прижиматься ко мне, хоть я и поставил её на ноги во время разговора. — Считайте!..

— На секунду, на счёт три! — сообщил Давид в рацию. — Раз!.. Два!.. Три!..

Мигнула защита, на крыше хлопнула винтовка, а рация победно сообщила:

— Один есть! Осталось двое!

— Раз!.. Два!.. — начал считать Давид, но неизвестные стрелки от обиды пальнули по особняку, и всем пришлось на секунду прерваться, чтобы всё-таки устоять на ногах. — Гриша?

— Жив-цел! Готов! — отозвался тот.

— Раз!.. Два!.. Три!..

Снова хлопок выстрела, и голос в рации:

— Один остался, ещё двое прибежали!..

Дальше, к сожалению, пошло тяжелее. Вражеские стрелки сообразили, что надо бы прятаться за щитком орудия. Зато и подкрепление к ним больше не прибегало. Да и стрелять стали реже, но и Гриша уже не мог каждый раз попадать по врагам. Последнего из обслуги орудия он смог снять лишь на двадцатом выстреле.

Увы, защита к этому моменту была истощена. А неизвестные враги ударили сразу из двух гранатомётов.

А затем ещё и накрыли огнём из стрелкового оружия, полностью уничтожив щит.

— Всё, его теперь двадцать минут восстанавливать… — закусив губу, вздохнула жена.

Я просто погладил её по голове. А Давид даже не слышал, раздавая приказы: в этот момент нападающие как раз полезли со всех сторон.

Несколько десятков ворвались со стороны сада, где их встретил один из десятков «ирбисов».

Около сорока вражьих морд побежали вкруг Посадской площади, на ходу стреляя по особняку. А ещё какая-то часть этих уродов лезла со стороны узкого проулка, лежавшего между моими землями и жилыми домами.