Книга Тьма. Том 5, страница 138 – Лео Сухов

— Внизу проклинатель из Сочи. И тот вчерашний грек, который считает нас оборванцами, — объяснил я. — Проклинатель вооружён.

— Оружие же на корабле надо сдавать! — удивилась Авелина, настороженно прислушиваясь к голосам на лестнице.

— Что позволено Юпитеру, не позволено быку! — коротко пояснил я.

Голоса приближались.

— А если заметят? — Авелина так вцепилась в висевший на шее короб с артефактом, что костяшки пальцев побелели.

Ещё раз оглядев нишу, я вынужден был признать: укрытие и вправду так себе. Если эти двое на лестнице — опытные разведчики, то заметят нас обязательно.

Но что было делать?

— Не знаю… — честно сказал я.

Между тем, голоса стали громче. Лестница начиналась в конце коридора, и до того, как из-за угла появятся два грека, оставались считанные секунды.

А в голову из всех возможных способов скрыть лицо, на ум лезли только глупые рецепты из фильмов и книг.

Паника, мешая думать, начинала захлёстывать мозг. В голове молоточками стучали сожаления о том, что мы с Авелиной не побежали обратно в каюту — хотя, честно говоря, мы просто не успели бы добежать. А ещё в мозг долбились мысли о том, как такое случилось, и что с нами будет.

Впрочем, я и так знал, что с нами будет.

Носатый, может, ещё пройдёт мимо. Сомневаюсь, что он будет мешать личную неприязнь с делами. С другой стороны, этот тип с гарантией заинтересуется, что мы там делаем за кадкой. Обычно люди ведь в нишах не прячутся. И если у него появятся хоть какие-то подозрения…

Впрочем, проклинатель, заметив нас, почти гарантированно узнает меня! Мы смотрели друг на друга в Сочи достаточно долго, чтобы запомнить лица. И что он сделает? Правильно, перечеркнёт одной очередью все мои планы на будущее.

И на жизнь, в целом. И не только мою, но и Авелинину.

А у меня даже «пушка» с собой нет. Только артефакт Авелины. Но надолго ли хватит его защиты?

— Что делать? — шепнула девушка.

— Я… — мысли в голове были всё те же, так что я решил воспользоваться тем, что имею. — А сейчас, главное, не сопротивляйся!..

А потом резко прижал девушку к стене, обнял за талию и, наклонившись, поцеловал. Авелина дёрнулась раз, другой… Жарким упругим телом прижалась ко мне…

Между тем, топот шагов сзади утих. Греки поравнялись с нашей нишей, заметили, видимо, мой затылок и почти скрытую за моими плечами Авелину, задумались…

И не одобрили, это точно! Я даже услышал голос носатого, полный презрения и отвращения:

— О пос та зоа… И нэ йа на йэла́н и ко́тэс!*

— Э йнай аэдиастико́на койта́с!** — осуждающе добавил проклинатель.

— Мэн то ка́нэйс аўто́… Па́эй!*** — брезгливо отозвался носатый.

А затем в коридоре снова раздались шаги: значит, греки пошли дальше. Ну а я оторвался от губ Авелины, ощущая головокружение то ли от близкой опасности, то ли от взрыва гормонов. И, стараясь загладить неловкость, быстро шепнул:

— Прости, так было надо!

После чего осторожно выглянул из-за края ниши в коридор.

Две фигуры удалялись. И шли они прямо туда, где, насколько я помнил, располагалось корабельное хранилище ценностей.

К слову, там же лежал мой «пушок» с патронами.

Сзади подкралась Авелина и, выглянув, тут же спряталась в нише. А затем едва заметно тронула меня за руку.

— У них нерукотворный артефакт, — шепнула она.

— Откуда ты знаешь? — удивился я.