Книга Тьма. Том 3, страница 107 – Лео Сухов

— Да, Маш, ты чего?.. Ученик пропал? — Костя округлил глаза. — Да как… Подожди, а вы звонили?.. И что?.. На выступлении? На каком?.. Федя?.. Ах, Федя! Ну и ладно… Да не кричи ты! Вы потеряли, я нашёл. Вон он сидит… Куда поедешь?.. Так ты же не знаешь, где мы!.. А я не скажу!.. Потому что ты тогда поедешь!

Из трубки стали долетать отдельные реплики, и Костя с усмешкой отодвинул аппарат от лица. Затем дождался тишины, быстро крикнул: «Я перезвоню!» — и отбил вызов.

— Маша волнуется! — пояснил он.

— Да я уже понял… — посочувствовал я. — Ты не знаешь, кстати, где наши с Бубном трубки?

— Понятия не имею, — Костя развёл руками. — Здесь такой бардак творился… Ты себе представить не можешь!

— Начало бардака я видел. Могу представить… А потом я спал, — признался я.

У меня ещё рвалась фраза, что у местных городовых нет никакого опыта организации массовых мероприятий… Но она была бы совсем не к месту: официально-то Фёдор Седов дальше Ишима никуда не ездил. И светской жизни, понятное дело, не видал.

— Ты, Федь, подпиши показания, — попросил тем временем Виктор Леонидыч, придвинув ко мне листы. — Там внизу: «с моих слов записано верно», число, подпись…

— А сегодня ещё первое или уже второе? — задумался я, почесав ручкой затылок.

— Второе уже… — буркнул Костя, после чего встал и вышел из комнаты.

Было слышно, как он отпускает Бубна, а тот просит найти трубку, и как в итоге Бубен вместе с Мишей Баковым уходит эти самые трубки искать. Я же поставил подписи и вернул листы уряднику. Тот быстро проверил и убрал их в папку, где сверху мелькнули показания Бубна.

— Вот такие пироги, Федь! — вздохнул он.

— Виктор Леонидыч, а вы можете Костю позвать? — я буквально давил из себя слова, пересиливая острое нежелание делиться информацией.

Ну не хотелось мне рассказывать про нападение… Уж тем более, признаваться, что я недавно вечером, в темноте, на пустыре в кого-то стрелял. И, возможно, этот кто-то, плюс ко всему, был обычным.

Однако я и сам понимал, что некоторые детали в моей истории бьются с непонятными моментами сразу двух убийств. И будет преступлением сейчас не помочь Косте и его отделу.

— Да он скоро вернётся, — отозвался урядник. — А что?

— Мне хочется вам кое-что рассказать… — признался я и указал на звукозаписывающее устройство, которое заметил у урядника, когда давал показания. — Только без этого…

— Подожди, сейчас!.. — Виктор Леонидыч выключил аппарат, а затем крикнул в сторону двери: — Константин Петрович, подойдёшь?

— Иду-иду! — отозвался тот.

Вернулся он секунд через двадцать, с порога сообщив, что Миша попробует найти наши трубки.

— Тут Федя что-то хотел рассказать! — заметил урядник и указал на отключенную запись.

— Нам это поможет? — уточнил Костя.

— Мне кажется, да… Просто, понимаешь, мне бы не хотелось, чтобы моё имя выплыло, потому что… Ну, оправдали меня только недавно… А тут ситуация была странная… — признался я. — Да и Марии Михайловне всё это не к месту. Тем более, после того проникновения в общагу…

— Какого проникновения? — в один голос выдали Костя и урядник.

А я вдруг понял, что не один скрываю происшествия от полиции:

— А она не сказала, да?

— Нет! — мрачно ответил Костя и вопросительно посмотрел на меня.

— Тогда: «Ой!» — ответил я, улыбнулся и развёл руками.