Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 60 – Лео Сухов

— Понял. Принял. А тёмные знают о таком редком человеке, как Мария? — уточнил я.

— Они не просто знают! Они ведут на неё охоту! — от избытка чувств хлопнул ладонью по рулю Константин. — Возможно, найденный нами труп — это вообще ловушка.

— Но выхода у нас нет, и мы суём голову в петлю… — догадался я.

— И вот этот человек пошёл служить, а не учиться в пандидактион! — ехидно хмыкнув, Мария обернулась и ткнула в меня пальчиком. — Федя, ты себе, наверно, выпускные оценки подделал… В меньшую сторону исправил, да? Признавайся!

— Мои это! Честно наленивленные! — не расстроился я. — А у меня ещё вопрос, можно?

— Валяй! — кивнул Костя, не отрывая взгляд от дороги.

— У куколок есть тёмное сердце, так? — уточнил я.

— Есть, — подтвердил старший следователь.

— А если есть чёрное сердце, хоть и неполноценное, значит, они и колдовать могут, так?

— Именно! — согласился Костя.

— Значит, по нам могут начать швыряться всяким гадским волшебством? А ещё защищаться от наших справедливых пуль гадскими щитами? — я выдержал паузу, чтобы меня точно поняли, и, наконец, закончил мысль. — А я щиты ставить не умею…

— Я тоже! — кивнула Мария. — Что-нибудь похожее соображу, но продержится эта защита…

— Слетает её защита с первого попадания! — сердито отрезал Костя. — И атаковать она не может толком. Она, Федя, великий человек в о-о-о-очень узком вопросе! Ну просто узеньком-преузеньком! А во всех остальных она, как и ты, тоже честно проленивила.

— Да просто таланта нет! — засопела Мария, бросаясь на защиту своего авторитета.

— Или таланта нет… — не стал спорить Костя, ухмыльнувшись.

Пока они дальше пикировались, я достал выданный мне пистолет и, отщёлкнув магазин, проверил боезапас.

— А в чём вопрос-то, Федь? — наконец, уточнил Костя, закончив препираться с Малой.

— У меня шесть патронов с сердечником из хладного железа. А остальные с обычным свинцом. Как мне это колдовское отродье убивать-то? — уточнил я, перераспределяя патроны в магазине так, чтобы первыми шли с хладным железом.

— Шесть из пятнадцати? — Костя покосился на Марию. — Ты серьёзно? Зачем тебе обычные?

— Ну а вдруг на меня бандиты нападут в тёмной подворотне? — совершенно серьёзно уточнила проректор.

— Так ты на работе свой пистолет держишь! Какая подворотня? — возмутился следователь.

— Не всегда… Ну всё уже! Хватит! — увильнула от разбора полётов Малая, недовольно глянув на меня.

— В общем, Федя, твоя задача — спасти Марию! — решил Костя. — Стрелять стреляй. Хоть свинцом, хоть чем. Хоть ботинками в отродьев кидайся. Можешь даже собой прикрыть, но спасти!

— Ну если Марию прикрыть, то ладно. Её даже собой согласен, — кивнул я.

— Нахал и подхалим! — сразу же раскусила проректор мой глубоко зарытый комплимент.

— Так… На чём остановились? — Костя посмотрел на Марию.

— Семь частей! — напомнила она. — Точно семь. Отбили… Я что-то ещё хотела спросить! Хотя нет… На месте разберёмся. Федя!

— Да?

— Ты своё сердце можешь почувствовать? — спросила Малая.

— Чёрное? — уточнил я.

— Нет! Обычное, родное!

— Наверно… Нет, не могу. Знаю, что оно там есть, но не чувствую, — признался я.

— Приложи руку к уху! — потребовала проректор. — Сильнее прижимай, давай!

Я сделал, как она просила, и ощутил толчки крови под ладонью.

— Пульс чувствуешь? — поинтересовалась Мария.