Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 217 – Лео Сухов

Не знаю, что меня разбудило… Может быть, странный шум? Или звуки проезжающей тяжёлой техники, доносившиеся с улицы? Или свежий ветер, который неосторожно коснулся лица?

Впрочем, я склоняюсь к тому, что главной причиной была чья-то попытка отгрызть мне большой палец левой ноги.

Мне почему-то живо вспомнились истории из детства… Причём не только Фединого, но и Андреева: и про гроб на колёсиках, и про красное пятно на стене, и даже песенка про серого волчка. Последний, правда, предпочитал грызть чужие бочки́, а не большие пальцы ног… Но в этом мире с животными подчас происходят удивительные метаморфозы.

А следом моя память подкинула мне истории про то, как к людям под кровать забиралась различная дикая живность, и чем это для них заканчивалось. Для них — это, понятное дело, для людей, а не для живности. И я понял, что в моём случае худшим вариантом будет появление в комнате змеи. А потом в памяти очень кстати всплыли глаза за стеклом… И я начал действовать.

Как известно, если что-то жуткое кусает вас ночью за ногу, то лучшее, что можно сделать — укусить его в ответ. Пусть боится. И тут я полностью согласен. Если бы я сумел укусить неизвестного агрессора большим пальцем левой ноги — он бы точно меня после этого боялся. Монстры с зубами на пальцах ног гораздо страшнее монстров из-под кровати.

Но я не такой, к сожалению. Я просто мальчик Федя. И пальцы на ступнях у меня самые обычные, беззубые, и рот у меня только один. Зато ног две, и обе натренированные и сильные! А правая у меня и так была поджата, спрятавшись под одеялом. Оставалось только резко распрямить её, чтобы покусившийся на левую ногу (и успешно покусавший её) монстр не успел среагировать.

Он успел. Даже начал отпрыгивать, но не рассчитал скорость и моё желание залепить ему по наглой морде, а потому всё-таки получил неожиданного ускорения. И, кажется, улетел с этим ускорением в стену комнаты.

В следующий миг я уже сидел на кровати, сжимая в руках «пушка» и фонарик. И глядел в два жёлтых змеиных глаза, отражающих электрический свет. Эти глаза ютились на клубке самой тёмной тьмы, которую я когда-либо видел. Даже местная Тьма была не такой непроглядной, как та, что посетила меня этой ночью.

А потом тьма, сползая по стене на письменный стол, обиженно заявила протест:

— Мя!.. — и шуганулась под кровать.

По всей видимости, чтобы поселиться там и больше никогда не давать мне спать по ночам. О том, что подлец, пытавшийся отгрызть мою ногу, до этого под кроватью не жил, я догадался по открытому окну.

— Куда⁈ — возмутился я, спрыгивая на пол и пытаясь выловить вторженца.

В ответ на попытку заглянуть под кровать, мне в лицо прилетел очень подлый снаряд. В оригинале, этой ночью он должен был стоять на кухонном шкафчике и снимать происходящее в комнате…

Однако же вместо этого камера летела мне в лицо, вертясь в воздухе, как волчок. И на каждом обороте задорно подмигивала красным индикатором: работаю, мол, снимаю. А следом с шипением надвигалась непроглядная тьма со змеиными зенками.

Я отпрянул от кровати, чудом увернулся от крутящейся камеры… А вот от ночного гостя увернуться не вышло. Взлетев мне на спину, он впился в неё когтями и безжалостно располосовал кожу, а затем одним прыжком перескочил на кухонный шкафчик.