Онлайн книга «Тьма. Том 1 и 2»
|
Какой-то вандал прошёл по всем внутренним помещениям, безжалостно разрушив изваяния богов и барельефы на стенах. Этот акт агрессии пережила только статуя в противоположном конце зала. Впрочем, возможно, эту статую поставили позже. Тем более, стена храма перед ней была разрушена, а за ней виднелась скальная поверхность. И этой скале зияло ромбовидное отверстие куда-то ведущего прохода. А статуя стояла прямо в нём! Вот что подумает здравомыслящий человек, столкнувшись с подобным? Как минимум, что пора валить отсюда как можно быстрее. И, желательно, спиной вперёд, чтобы видеть, что происходит в зале в момент его ухода. Но где здравомыслие, а где шестнадцать лет? Федя прямым ходом попёр к провалу, даже не глядя наверх. А ведь там, на секундочку, древний купол, который может обвалиться в самый ненужный момент! «Какая необычная… Красивая!..» Мысли Феди я понять мог. Высеченная из камня дама и вправду была красива, но той роковой красотой, которая не даёт жизнь, а убивает. Во всяком случае, память Андрея подсказывала, что добра от таких дамочек ждать не стоит. Они не умеют быть милыми и заботливыми, они не будут готовить на кухне ужин для двоих, они не обнимут тебя, отпуская на службу. Плоский живот никогда не округлится беременностью, а тяжёлая грудь не наполнится молоком. А если это всё же случится, такая женщина станет глубоко несчастна. Её внешность — это её оружие. Этим оружием она сражает мужские сердца, чтобы с побеждённых неудачников взять контрибуцию — власть, положение в обществе, деньги. В своём доме такая женщина будет устраивать приёмы, на которые придут её друзья-декаденты, и там не будет места семейным ценностям и тихой жизни. И тебе там места не будет. Особенно если ты имел глупость ей поверить. Короче, от таких женщин надо бежать… Если ты, конечно, не пубертатный шестнадцатилетний мальчик. Такой не убежит. Такой с радостью вляпается в сети и будет счастливо повизгивать, пока его заживо жрут. Вот и Федя, как завороженный, разглядывал статую женщины… И подходил к ней всё ближе и ближе. «Нельзя её трогать… Нельзя… — умные мысли иногда приходили в глупую голову Феди, но я видел, как его непреодолимо тянет к каменной красавице. — Надо отойти…». И даже на кусок камня у этого озабоченного придурка кровь к чреслам прихлынула! От очередного приступа испанского стыда меня спасло лишь одно… То, что начался весь тот ужас, который любой здравомыслящий человек на месте Феди предположил бы, ещё стоя у входа. Статуя вдруг пошевелилась… Её то ли хитон, то ли очень свободное платье зашелестело, как настоящая ткань, а серые глаза оценивающе уставились на пришельца. Из темноты вынырнула рука с сигаретой и мундштуком, приблизившись к прекрасному лицу. Женщина затянулась и задумчиво посмотрела на Федю, скрестив две других руки на пышной груди. — А ты молод, — заметила статуя. — Я думала, ты будешь постарше… Федя, наконец, испугался и отпрянул. И от чёрного провала, и от той, что стояла на его пороге. — Ну что ты! — женщина улыбнулась. — Не надо бояться… С каждой секундой, с каждым мгновением, с каждым её движением — она становилась всё более и более живой. Струились по плечам серые волосы, вздымалась при дыхании грудь. Из темноты вдруг показалась ещё одна серая рука с гребнем, который начал поправлять ей причёску. |