Книга Зов ааори, страница 128 – Лео Сухов

После этого они перенесли своё внимание на стены Мобана – так, чтобы их нельзя было достать из башни. В итоге заняли оба форта, затащили пушки на стены и принялись стрелять по городу. Я думал, что смертоносные орудия приведут в ужас Гоксара и Ка-ра, но сильно ошибся – они оказались в восторге.

— Будь у меня на «Фифке» пара таких… – грустно вздыхал капитан, и я не стал ему объяснять, как изменился бы мир, если бы здесь были пушки, и их можно было бы ставить на корабли.

Это я уже видел в своих странных снах. Видел дым пушек, стелящийся над гладью моря, слышал крики абордажных команд и стоны раненых, наблюдал, как скрывается в глубине подбитый ядрами корпус судна… Если бы в этом мире были пушки – это был бы совсем другой мир. И я почему-то был уверен, что и твари, что противостоят местным защитникам, были бы совсем другие…

Так или иначе, но пушки были только у восставших – и ими они вскрыли укрепления столицы княжества, основательно разрушив ближайшие к стенам постройки. А с четвёртого дня начался непрекращающийся штурм. В первые три дня войска Виора, Мобана и ску ещё успешно сдерживали все попытки врага прорваться в город.

Вот только восставшие, хоть и потеряли немало людей в битве с ааори, всё-таки были в большинстве. А из междуречья Аирены к ним подтягивались всё новые и новые отряды подкреплений. Штурм не прерывался даже на ночь, а бои на остатках стены шли постоянно. Через три дня усталость защитников заставила их отступить, бросая бесполезные каменные руины.

Когда восставшие ворвались внутрь, началась кровавая резня. Взаимная ненависть восставших и мобанцев втянула в круговорот смерти всё население. На улицах Мобана восставших старались убивать все, от мала до велика. А те, в свою очередь, не оставляли выживших и сжигали целые кварталы. Такое отчаянное сопротивление горожан дало защитникам города передышку. Но она была недолгой… Как только восставшие разбирались с очередным занятым кварталом, они немедленно шли на штурм баррикад, чтобы занять следующий.

На шестой день внутри городских стен было уже три противоборствующих стороны: мобанцы с союзниками, восставшие – и расплодившаяся нежить. В первые дни неживые больших неудобств не доставляли, пока в одной из стай не появилась мудорь, начавшая подминать под себя всех низших. Похоже, в Мобане теперь нельзя было высунуть нос из дома без боя.

Гоксар не мог подплыть слишком близко – корабли ску с галерами Мобана и Виора заполонили гавань и её окрестности, но даже так с «Бернаси» было неплохо видно, что творится в городе. На восьмой день выжившие жители удерживали только порт и рыбацкие кварталы. Бои шли во дворце князя, в особняках богатых жителей, на Торговой и Портовой площадях. Администрация порта и Академия мудрецов полыхали.

Утром девятого дня остатки защитников стали спешно грузиться на корабли. «Бернаси» пришлось уйти ещё мористее, и подробностей оставшихся трёх дней штурма Гоксар уже рассказать не мог. Дольше всех держался портовый бастион, который местные удерживали из последних сил.

— Башня сари всё ещё держится, – закончил он свой рассказ. – Мобан горит… Горит весь. Там ещё остались защитники, но, кажется, это ненадолго… И ещё: защитники города ушли в Тури, и туда же двигаются передовые отряды восставших. Так что скоро пойду туда – смотреть на новый штурм.