Книга Зов ааори, страница 127 – Лео Сухов

— За несколько дней осады? – спросил я. – Если не мудростью, то ими… Других версий у меня нет. Стена у Мобана была крепкая…

Наверно, я мог бы рассказать и про воспоминания двух других жизней – летающие машины и снаряды, стирающие целые города с лица земли. Однако если мудрецы ещё могли себе представить подобное, то у Бекса уже вид был такой, будто ему сказали, что небо, на самом деле, не твёрдое[5].

[4]Первые пушки в Европе делались из скреплённых свинцовой сваркой железных полос, а для крепости обтягивались медными обручами. Конструкция по прочности была так себе – долго не постреляешь, но даже в таком виде значительно обгоняла всякие катапульты и требушеты по эффективности.

[5] Местные считали, что шар планеты укрыт непрозрачной сферой неба. Оси, удерживающие сферу, соответственно, расположили на полюсах, куда не могли добраться.

С выходом мы, конечно, задержались, но не слишком. В сторону Тури выехал обоз из более чем сотни телег. Нам предстояло двигаться на запад – пока не встретимся со второй половиной войска, идущей от Тури к имперскому посёлку. Кирри со своими разведчиками сразу оторвались от нас, исследуя местность вокруг, а оставшиеся бойцы не спеша шли рядом с телегами по дороге.

Дорога здесь появилась не так давно – когда в имперском посёлке начала развиваться сухопутная торговля, но уже сейчас идти по ней было легко и удобно. Сразу чувствовалась рука имперцев, превративших обычный просёлок в утоптанный тракт. Пусть не очень широкий, пусть не слишком утоптанный, но вполне крепкий и основательный.

Эр Зол с войском, скорее всего, находились ещё под Тури. Пойти к нам навстречу они могли только тогда, когда получат известия от егерей. А тем до Тури от посёлка ходу было три дня. Нам с обозом и пешком – и все шесть дней. Первые три дня прошли спокойно: нас никто не тревожил, восставшие не появлялись, редкие прохожие уступали дорогу. К реке, текущей к Тури, мы вышли в середине четвёртого дня пути.

Река была мелкая, но широкая. Берега её поросли тростником. На юге местность была равнинная, а на севере – холмистая. Мы вышли на южный берег и продолжили движение вдоль русла. И уже к вечеру увидели первых разведчиков восставших. Они, не скрываясь, наблюдали за нами с другого берега.

Ночью нас попытались обстрелять из луков, но особых успехов в этом не достигли. А на следующий день мы встретились с передовыми отрядами эра Зола. Мой отряд охранял обоз до тех пор, пока эр лично не принял телеги. Вернувшись в имперский посёлок, наш отряд снова расположился рядом с лабораторией алхимиков – прежде чем удобный пустырь займут вновь прибывшие.

А уже на следующий день стало известно, что Мобан взят. Новости эти доставил «Бернаси», вернувшись в порт, а мне повезло узнать их одним из первых, ещё и в подробностях. Ка-ра сам зашёл к нам в лагерь вместе с Гоксаром, своим бывшим боцманом, который и был капитаном вернувшегося корабля.

Мобан продержался двенадцать дней. В первые дни осады и штурмов, которые восставшие устраивали почти постоянно, были снесены башни и пробиты стены. И тут надо сказать, что восставшие провозились так долго лишь потому, что в башне сари всё ещё сидело командование и мудрецы Форта Ааори. Один раз восставшие предприняли попытку штурмовать башню, но оставив там почти три тысячи человек, откатились.