Книга Познавший правила, страница 4 – Лео Сухов

Иногда и на жалость давят. Это даже чаще бывает. Особенно этот приём любят жители княжества. Долго расписывают свои беды и горести, а потом просят весь отряд сопроводить купеческий караван за десять тысяч ули до Мобана. За это время сто человек съедят запасов в дороге на большую сумму. Я уже промолчу про то, какие потоки презрения будут выливать на моих бойцов по пути.

«Как жаль, что Соксону с Ксаргом не до новых исследований, — подумал я. — Вот уж кто всегда даёт больше, чем ожидаешь!».

С того дня на Стене, когда Ксарг остановил Посланца, прошёл уже не один месяц, но мудрецы всё ещё были заняты — и новых задач не подкидывали. Вот и приходилось моему отряду искать подработки на стороне. Особенно тяжело стало зимой, когда торговля остановилась и зарядили дожди. Из всех заработков осталась только ненавистная мне Стена, где до сих пор не до конца восстановили разрушения — и рабочие руки требовались всегда. Вот только платили там в мирное время мало, и если бы не доходы от «Старика вэри», наша казна начала бы стремительно оскудевать.

— …Триста тысяч! — закончил Харато, вернув меня из раздумий в реальный мир. — Из них десятая часть — задаток!

— Сумма хороша, задаток — мал, — стараясь не выдать своего удивления от названной суммы, заметил я. — Нанять корабль на это путешествие — это тысяч сорок. А ещё припасы…

— Зачем вам корабль? Мы сами доставим вас до места! — удивился Харат.

— Я никогда не плавал со ску, — ответил я. — К тому же, предпочитаю сам находить исполнителей.

— Пятьдесят тысяч задатка, — подозрительно легко согласился Харато. — Но есть одно условие!

— Так? — заинтересовался я.

— Я и ещё девять моих бойцов тоже пойдут за статуей! — сказал ску.

Пузо при этих словах громко поставил свою кружку на стол, а Нож — хрюкнул себе под нос.

— И мы должны вернуться! Хотя бы кто-то один… — добавил Харато.

Вот теперь, кажется, всё вставало на свои места. И большая сумма, предложенная нам, и размер задатка, и выбор отряда. Слухи о том, что имперские мудрецы научились делать амулеты с защитой от изменения, уже давно ходили среди торговцев. Собственно, это и не особо скрывалось. Именно такими амулетами мы и пользовались в землях Линга. Они немного отличались от имперских, чтобы защитить нас от мудрости алхимиков, но суть оставалась та же.

Рассказы о том, что именно отряд «Баржа» служил в Линге и даже путешествовал по малым мирам, давно гремели среди ааори. Слишком много у этого было свидетелей. А когда осенью вернулся Ниам с первой сменой нори из посёлка, эти истории обросли красочными подробностями — и на нас стали поглядывать с уважением и завистью.

И последнее, что сыграло в нашу пользу — это бой на Стене. Как выяснилось, свидетелей того, как я накачал защитный щит мудростью перед атакой Посланца, было неожиданно много. Да и наш отъезд с Ксаргом на телеге тоже не был тайной. Вот и складывался вывод, который заставил ску обратиться именно к нам: мы могли достать амулеты, мы умели ими пользоваться — и, скорее всего, умели накачивать их мудростью. Вот последнее было неверным выводом. Всё, на что меня пока хватало — это создать щит, пустить воздушную волну и разжечь огонь. У Молчка и то успехи в освоении мудростей были лучше.

— О, Харат, вы меня успокоили, — покивал я. — Я уже почти поверил, что это просто оригинальный способ покончить с собой.