Книга Познавший правила, страница 272 – Лео Сухов

К вечеру у меня затекло всё, что было ниже пояса. На ночь мы остановились в придорожном трактире. Спал я как убитый, а утром еле поднялся — болели ноги, седалище и даже спина. Несмотря на все свои успехи, Пятнашка выглядела не лучше, что меня слегка оправдывало в собственных глазах.

Скаэн и Гун-нор, да и все остальные вэри, ехавшие с нами, только посмеялись над нашими страданиями.

— Первые несколько дней всегда больно! — заметил эр. — Потом привыкнете.

— Мы умрём, эр… — мрачно ответила Пятнашка.

— Все так говорят! — засмеялся Скаэн. — Но никто пока не умер. Если только из седла не вывалился и шею не сломал…

И эр был прав — мы не умерли. Через пару дней мышцы болели поменьше, по утрам я уже не кряхтел как дряхлый старик, а кирри надоело всё время надо мной шутить. Ну или я перестал думать, что каждое её движение — это изощрённый способ поиздеваться.

Местность тем временем изменилась. Полей и посёлков стало меньше, и всё чаще по краям дороги шли густые леса, вызывавшие во мне какие-то смешанные чувства. Я долго не мог понять, в чём дело, и только потом осознал, что после Пущи и Диких Земель подсознательно ищу везде опасность: рык твари в глубине чащи, странную дымку над травой или взлетевшего над верхушками деревьев летуна. Но, к счастью, вокруг нас были самые обычные леса.

Несмотря на удалённость от деревень, ночевали мы всё ещё в придорожных трактирах. Как я понял из объяснений более опытных товарищей, мы ехали по имперскому тракту, где трактиры ставились через равные промежутки. Каждый такой трактир, даже если посетителей не было долгое время, мог рассчитывать на денежные вознаграждения от Империи. Однако периодически чиновники устраивали проверки, и если кухня или условия для гостей были ненадлежащего качества — владелец трактира мог быстро смениться.

Впрочем, как я понял, в Империи так было не везде — только на торговых путях. Стоило съехать с имперского тракта, и на хорошее отношение в придорожной ночлежке можно было только надеяться.

На шестой день пути мы свернули с тракта на бездорожье. Леса закончились, и вокруг простирались каменистые пустоши, а впереди высились серые горы. Бездорожье тоже было странное, потому что ехали мы по полностью вытоптанной земле.

— Здесь прошли кулаки Императора… — Скаэн усмехнулся, отвечая на мой немой вопрос. — Вон там, за горами, расположено небольшое государство Грат. Гратцы — ребята упорные, постоянно пытаются вернуть свои земли. Вот и сейчас тут наметилась небольшая война. В начале лета снова полезли — снесли гарнизоны по границе, разорили пару горнодобывающих посёлков, осадили и взяли штурмом имперский форт. Так что Император собрал войска и выдвинулся сюда. Сначала с ним была всего пара кулаков, но сейчас, думаю, их уже штук десять.

— И все они шли здесь? — удивился я.

— Да нет, конечно! — Скаэн огляделся. — Тут один прошёл. Просто недавно!

Вытоптанный путь обрамляли следы человеческого присутствия — брошенные куски одежды, мешки, детали телег, разломанные ящики и бочки. Иногда попадались и стоянки лагерей, легко определявшиеся по запаху. На привале пехотинцы всегда копали яму под отходы, но не всегда её закапывали.

Два дня по бездорожью — и утром третьего дня мы догнали один из отрядов имперцев. Четыре когтя стали лагерем у реки и попали под удар гратцев. Мы только собирались въезжать в речную долину и стали невольными зрителями состоявшейся битвы.