Книга Познавший правила, страница 271 – Лео Сухов

— Шрам! Где Скас?! — перебила меня эра.

— Не знаю! Совершенно честно! — соврал я, не моргнув глазом. — Не представляю даже. Я вообще в драку не старался не лезть!

— А это что? — Эл-оли указала на тела стражников и мудреца, которые так и не поднялись после моего вмешательства.

— А, это мудрец пытался драку разнять!.. Но что-то у него не так пошло… — объяснил я, сделав невинные глаза.

— А! Мудрец с мудростью ошибся… — Эл-оли усмехнулась. — Ну, такое бывает. Пойдём, Шрам! В списки тебя снова внесли, и теперь никто мешать не будет.

— А Скас, эра? — удивился я.

— А что Скас? — она сделала удивлённые глаза. — Скас в списках и так есть. Как перестанет за гобеленами прятаться, так сам и придёт. Пойдём, нечего на застолье опаздывать!

Поначалу застолье было скучным. Однако спустя пару часов выяснилось, что даже самые благородные из благородных не могут пить и не пьянеть. Со временем алкоголь уравнял почти всех, превратив в одинаково буйных и невоздержанных личностей. Так что до вечера были ещё и драки, и танцы, и много других увеселений для знатных гостей. Мне даже пришлось отбивать свою женщину от пары особо пьяных и наглых аристократов. Почему-то они решили, что женская вежливость — это верный признак симпатии.

С Амо-они удалось перекинуться только парой слов. Когда они с женихом уже уходили в опочивальню, девушка сама подошла ко мне — узнать, куда я пропал в начале свадьбы. Я коротко объяснил, что оказался жертвой свадебных распорядителей — а точнее, старшего свадебного распорядителя. Стоявший рядом Тсерг расстроился и пообещал, что этот нехороший человек больше во дворце не появится.

В ответ я поблагодарил Тсерга и рассказал, что имел удовольствие пообщаться с его воспитателем. И даже проникся искренней симпатией к молодому человеку — потому что ему совсем не понравилось то, что его воспитатель тоже оказался в задних рядах. Однако не мне советовать благородным особам, кого отдалять, а кого приближать…

А потом они попрощались со мной и ушли. И всё вокруг вдруг стало скучным и неинтересным. Я попробовал налечь на вино, но оно пилось как вода — и я не пьянел. Пятнашка после приставаний особо ретивых местных вообще уселась у меня под боком — и вскоре уснула на моём плече. Появившийся распорядитель предложил препроводить даму в отведённые покои. И я согласился, признав, что и сам не прочь туда пойти.

И когда на следующий день я трясся на спине кирри, вспоминая минувший вечер, всё уже выглядело не так уж и скучно. Во всяком случае, я бы лучше снова поскучал на свадьбе, чем сидеть на бешеном животном, которое постоянно норовило надо мной подшутить.

— Шрам, да будь с ней уверенней! — посоветовал Гун-нор. — Она чувствует твой страх!

— А я чувствую её вздорный характер! — буркнул я в ответ, когда моя кирри резко вильнула на дороге.

— Надо было ей что-нибудь вкусное дать перед поездкой! — заметила Пятнашка.

Я с завистью посмотрел на неё. Вот уж кто с животными ладил! А вот у меня подобных талантов не было.

Весь первый день пути вокруг нас простирались предместья Таффтона. Аккуратные прямоугольники полей, небольшие посёлки, утоптанные дороги. Людей было много — на мой взгляд, даже слишком. По дороге постоянно сновали караваны, одинокие повозки и разъезды стражи. Многие люди просто шли пешком, и я, глядя на них, тихо вздыхал. Скаэн и Эл-оли скакали впереди, во главе отряда, за ними следовали подчинённые Гун-нора, а сам Гун-нор ехал рядом со мной и Пятнашкой, помогая освоиться.