Книга Искупление грехов, страница 80 – Лео Сухов

— А если граф?..

— С графом я разберусь. Для того в Мобан и еду. Вас отпустят. А дальше пускай новых бойцов пытаются просчитать. Никому тут нельзя работать слишком долго – а вы уже здесь очень давно. К худу ли, к добру. Ну да ладно. Пора мне работать, да и тебе к своим возвращаться.

— Да, мастер.

— А с пленником попытаемся пообщаться… Что станет известно – я расскажу.

От мудреца я уходил в глубокой задумчивости. Всё никак не шли из головы мысли о забытой дороге. Конечно, рядом с мудрецом я научился изображать крайнюю заинтересованность, но вот объяснения его далеко не всегда понимал. И в этот раз не понял почти ничего: как можно открыть дорогу, которая существует всегда, и что это за мир кошмаров? Почему такая плата? И с объяснениями про солдат я не понял ничего – вот совсем ничего. Переместиться во времени? А это как? И если это всего лишь точный просчёт, то как алхимики смогли показать будущие события тогда, осенью?

Иногда мне казалось, что я привык к вопросам без ответа. На самом деле, это было не так. Потому что как показала моя очень короткая жизнь – такие нерешённые вопросы нередко приводили к не самым приятным последствиям. И в этот раз где-то внутри крепла уверенность, что раз вопросы накопились – то и ответы мне придётся узнать на собственной шкуре. Лишь бы удалось уйти из посёлка – это уже становилось навязчивым желанием.

Казарма встретила меня тишиной и сосредоточенностью. Те, кто был на ногах, ухаживали за теми, кто пока ходить не мог. Да и те, кто был на ногах – передвигались неторопливо и аккуратно. Я сам временами морщился, делая неосторожный шаг на раненую ногу. Дополняла картину накатывающая времена слабость, когда хотелось срочно куда-нибудь сесть и отдохнуть.

— Шрам! Хватит по делам бегать! – подкравшаяся Пятнашка заставила меня вздрогнуть. – Живо в штаб и отлёживайся!

— А сама-то, сама! – не удержался я.

— Я оказалась вчера самым удачливым счастливчиком! – Пятнашка взяла меня за руку и потянула в сторону штаба. – Мне можно!.. Да идём же!..

Я позволил себя увести, но никак не мог отпустить саму Пятнашку. Стоило за нами закрыться двери, как я решительно зажал девушку в угол, и все возражения запечатал поцелуем.

— Дурак, – сказала Пятнашка, высвободившись. – А вдруг войдёт кто-нибудь?

— Сделает вид, что ничего не видел, – ответил я, вызвав улыбку. – Слушай, есть у меня один вопрос, но поделиться не с кем…

— Почему? – удивилась Пятнашка, усаживаясь за столом.

— Потому что ты мне сама подобным сказала не делиться, – ответил я. – Но тут, честно говоря, всё зашло слишком далеко.

— Ладно, давай, – согласилась девушка.

— Мне снятся сны…

— Да иди ты? – ну не могла Пятнашка не воспользоваться паузой.

— Да, – я улыбнулся. – Но они… В общем, слушай…

И я пересказал ей сны про Стефана Катуавра и описал свою встречу с другим собой на забытой дороге. Не то чтобы рассказывал всё с подробностями, но отдельно указал на чуждость того, что мне снится.

— Я бы списал всё на богатую фантазию, – признался я. – Но сон уже прорвался в этот мир… Может быть, есть какие-то средства?..

— Нет, – Пятнашка придвинулась поближе ко мне и пристроилась под боком. – Шрам, это плохо… На самом деле, плохо… Мы не должны помнить. И нам не должно сниться. Тебе придётся как-то скрывать всё это от окружающих. Хотя бы пока ты не станешь вэри… Знаешь, может быть, стоит рассказать это при случае Скаэну или Эл-оли? Они хорошо к тебе относятся… И вряд ли сдадут.