Книга Искупление грехов, страница 38 – Лео Сухов

— Долго ещё, Шрам? – спросил граф, поглядывая на быстро опускающееся к горизонту солнце.

— В таком темпе, высокородный, ещё часа три! – как можно более бодро ответил я.

— Долго. Мы не брали с собой шатров, – покачал головой наместник. – Ладно, тогда разворачиваемся. Как-нибудь ещё зайдем. Шрам, подойди ко мне.

Отряд развернулся и двинулся назад к посёлку по уже проторенной тропе. Первыми шли пехотинцы, за ними тянулись мои бойцы. Я догнал графа и пристроился рядом, не забыв отвесить на ходу положенный поклон.

— Смотрю, приказ ты мой получил. Да, Шрам? – спросил граф.

— Да, высокородный, - ответил я.

— Тогда почему в этот выход ты взял только егерей и других нори? – неожиданно зло спросил он.

— Высокородный, я не могу приказать вашим солдатам, – ответил я. – Для них я не командир и уж тем более – не авторитет. Чтобы к вылазкам подключать пехотинцев, мне нужно знать, через кого из командования организовывать выходы.

— Ладно, принимается объяснение. Обращайся к барону Скраги. Вот он и назначит солдат, которые будут принимать участие в вылазках. Я правильно понимаю, что после обучения таких пострадавших, как те трое у вас в телеге – больше не будет?

— Да, высокородный. Почти так, – ответил я. – Такие потери станут скорее исключением, случившимся по невнимательности. Но это касается только тех земель, которые освобождены от туч…

— Но для замены поглотителей ведь и не надо заходить под тучи? – перебив меня, уточнил Кадли.

— Обычно – нет, высокородный. Но в этот раз сразу восемь поглотителей переполнились, – ответил я. – Мы оказались практически на землях Линга, стараясь их заменить. Вот там уже может происходить что угодно. И нападают, и мудрость используют, и разные странности происходят…

В казарму мы вернулись уставшие и уже в темноте. Я вымотался физически за время нашей вылазки, а долгая беседа с графом меня просто добила. Но по результатам мы получили восемь дней отдыха – их неожиданно предложил сам граф. А значит, поездка не прошла впустую.

На ноги бойцы вставали долго. Несколько человек пришлось везти к лекарю под постоянный присмотр. Радовало, что последние две вылазки принесли неплохие деньги в казну сотни. Казна у нас была старая, оставшаяся ещё со времён полусотни «Баржа» и эра Скаэна. И вела она себя совершенно каверзно: то оскудевала, то наполнялась. Сейчас в этой самой казне оставалось 25 тысяч. Между прочим, по меркам местных – огромные деньги. Даже если разделить на всех – получится по 400-500 ули.

Делить казну я, конечно, не собирался – зато и с жалования мы не снимали ни одного ули в пользу отряда. Но при виде наших записей и самый плохой счетовод понял бы: как только снова начнутся серьёзные расходы – деньги из казны просто испарятся. А устраивать добровольно-принудительный сбор денег с бойцов мне ой как не хотелось.

Поэтому первым делом я направился к Соксону договариваться о подработке. У мудреца были свои источники оплаты, и от посёлка он был практически независим. Мудрец встретил меня приветливо и, как обычно, утянул к себе в кабинет.

— Помнишь это? – спросил он, когда мы уселись на очищенные от свитков поверхности.

Соксон протянул мне кожаный пенал, внутри которого обнаружился маленький красный стебель с разветвлённым корневищем. Естественно, я помнил это растение – даже вздрогнул.