Книга Искупление грехов, страница 241 – Лео Сухов

По крыше нашей башни пару раз что-то стукнуло – из зарослей джунглей к Стене полетели огромные камни. Страшные удары чувствовались даже на самом верху. Один камень ударился в стену прямо под нами – прочное строение заходило ходуном. Мудрец, не открывая глаз, поднялся и повернулся в сторону джунглей – там что-то вспыхнуло, и донёсся многоголосый рёв. Нори Горелого еле успели подхватить нашего защитника, когда у него подогнулись колени. Обернувшись, я в ужасе подумал, что мудрец потеряет сознание, но тот открыл глаза, благодарно похлопал помощников по плечам, сел на своё место и снова погрузился в мир мудрости.

Джунгли в том месте, где была вспышка, полыхали. В пламени я успел заметить метавшиеся гигантские человекоподобные фигуры ростом с десяток шагов. Ещё несколько вспышек полыхнули в разных частях зарослей. Но с уцелевших участков продолжали лететь камни, круша оборонительные укрепления.

На полиболе меня и бойцов моего отряда сменила команда Горелого. Им предстояло израсходовать последние стрелы. Я отошёл к маленькому окошку-бойнице, обращённому к морю. Бой шёл по всей Стене. В башне Ражего враги пробились на третий ярус – у земли зияло с десяток проломов, в которые рвались всевозможные твари. На пролёте Стены между башнями враги уже оседлали крышу. Я даже пожалел, что с собой нет лука. Стрелы сыпались на тварей с двух сторон – но врагов было слишком много.

Наскоро перекусив, я подошел к двери на лестницу, открыл ее и прислушался – внизу шёл бой. Крики, стоны и проклятия, отражаясь от каменных стен, разлетались далеко. Закрыв дверь и накинув засов, я подошёл к лежанке, лёг и попытался уснуть. Из еды оставались только сухари и полная фляга воды – всё это я решил сохранить на будущее.

Я сидел и смотрел в огонь. Пламя с тихим гудением пожирало потрескивающие дрова. Оторвавшись от завораживающего зрелища, я посмотрел вокруг. Костер горёл посреди каменистой поляны, вокруг стоял тёмный и мрачный лес. Рядом со мной, на брёвнышке, сидел старик с раскосыми глазами и тоже смотрел в огонь. Наконец, он оторвался от этого занятия и обратил на меня внимание.

— Иногда времени так мало.

— На что? – удивился я

— На то, чтобы успеть что-то понять, – старик пожал плечами. – На то, чтобы что-то донести.

— И у нас мало? – поинтересовался я, получив в ответ утвердительный кивок.

— Время сжимается тугой спиралью, мальчик, – грустно продолжил старик. – Те витки, что ниже – широкие, и кажется, что времени на всё хватит. Но каждый новый виток всё меньше и меньше. Всегда одна ошибка… у всех. В детстве кажется, что год – это неизмеримо много. Проходят годы, и мы уже не замечаем недели жизни. Ещё годы – и исчезают целые месяцы. И вскоре понимаешь, что времени осталось так мало, что все отложенные планы и мечты пора пересмотреть. Отобрать только самое нужное. Жизнь, казавшаяся бесконечной лентой впереди, уже почти закончилась, а ты так ничего и не успел.

— Вы что-то не успели? – уточнил я.

— Все что-то не успевают. Время безжалостно, и коль скоро ты встаёшь на путь времени – его начинает постоянно не хватать. Когда кажется, что времени много – ты не спешишь и не торопишь жизнь, а когда его становится слишком мало – остаётся только сожалеть об упущенном.

— Я пока успеваю всё, – самоуверенно заявил я, и старик засмеялся.