Книга Искупление грехов, страница 232 – Лео Сухов

— Закрыть пролом! – услышал я свой голос, хриплый и злой.

Выхватывая меч, я кинулся на тварь. Та, немного подёргавшись от молнии, быстро пришла в себя и выдала внутрь помещения оглушительный и недовольный визг. Другим взглядом я видел, что визг был непростой, но от злости я развеял мудрость быстрее, чем она заполнила помещение. Не знаю, что это должно было быть в результате. По спине твари внутрь помещения проник ног-крипит – огромное насекомое, которое я уже однажды видел в зверинце. Не слишком разбираясь, что происходит, тварь обратила своё внимание на того, кто громче всех визжал, и плюнула в девушку-санитарку своим ядом. Слизь по касательной попала в голову – испуганный крик перешёл в вопль боли, достигнув каких-то небывалых высот. Девушка прижала руки к лицу, резко отдёрнула, упала на пол и начала извиваться – не зная, как унять боль. Кожа с её рук и лица отслаивалась, обнажая мясо и кости.

Главный лекарь кинулся к помощнице, заливая её потоками мудростей, а я достиг твари, которая пробила стену – и что есть силы рубанул по носу в тот момент, когда она дёрнулась в сторону одного из защитников. Зверюга снова пронзительно завизжала, подскакивая и давя сидящего на спине ног-крипита об кладку стены. Рядом со мной появился Эр-нори, ткнув копьём в новое насекомое, пытавшееся пробраться под потолком в помещение.

— Не давайте им забираться внутрь! – крикнул я своим, но на приказ отреагировали и другие бойцы с копьями. Просвистевший топор Суча отрубил большой твари кусок лапы, а меч Ножа ещё раз рубанул по носу, вызвав новый визг. Сверху от пролома послышался грохот – кто-то большой пытался забраться внутрь чуть выше.

Визг и крики слились в сплошную какофонию, которая не позволяла сосредоточиться, оценить обстановку, отвлечься даже на секунду. Я, Нож, Суч и двое защитников по очереди рубили тварь топорами и мечами, а остальные копьями удерживали лезущих через щели ног-крипитов, не давая тем плюнуть ядом. После очередного удара проход сверху расширился – и внутрь просунулось длинное тело, покрытое костяными пластинами. Передняя часть тела раскрылась на шесть частей, открывая заполненное мелкими зубами нутро, извернулась и всосала одного из бойцов. Его копьё сиротливо грохнуло по полу, а в том месте, куда он целился, появился необычайно красивый ног-крипит, который немедля плюнул в защитников.

Сгусток яда, мерцающий как бриллиант, устремился к Эр-нори. Я дёрнулся, пытаясь предупредить десятника, который не видел опасности. «Нори!» – крикнул Нож, но… слишком поздно. Сгусток уже почти достиг бойца, когда тот ещё оборачивался на крик – и в этот момент на пути угрозы с решительным видом появился Долдон. Плевок ударился в его щит, но даже и не подумал останавливаться, прожигая дерево, бронзу и кожу, руку, доспех… Остатки яда выплеснулись на ногу Эр-нори из спины Долдона, когда тот осел на каменный пол. Подоспевший к месту трагедии Суч буквально содрал остатки поножа с ноги пострадавшего и, не обращая внимания на Долдона, потащил Эр-нори в сторону. Снова мелькнуло гибкое тело червя, утаскивая ещё одного защитника.

Когда я подбежал, увернувшись от очередной атаки червя и плевка ног-крипита, к Долдону, стало ясно, что помогать ему бесполезно. Наполненный мудростью яд уже превратил большую часть тела в желе. Только на его застывшем лице ещё отражалась неуклонная решимость идиота вернуть десятнику долг за свою жизнь. Я выпрямился, формируя на ходу небольшие сгустки огня – сразу три – и отправляя их в полёт в сторону мудрой твари.