Книга Искупление грехов, страница 173 – Лео Сухов

— Так… ладно, – прервал я эти словоизлияния и посмотрел в глаза бойцов своего отряда. – Думаю, у нас получится принять всех желающих. Ребята вы вроде все неплохие, да и в любом случае у всех вас действительно будет испытательный срок. Хотя нет… Вас, Лысый, Ри-эна и Хмурый, я готов взять сразу и навсегда. Но раз уж желающих много… Завтра пускай подойдут все сюда, и мы заключим договор. Хм-м-м… Кстати, Хохо, у тебя договор с собой есть?

— Нет, – рассмеялся Хохо. – Я с собой не брал! Кого тут нанимать было? Разве что нежить!

— Тогда при свидетелях устно, – предложил я. – Так ведь можно?

— Можно, – подтвердила Кри-эна. – Правда, возьмёте меня?

— Возьмём и заставим учить мудрости, – кивнул я. – Да и тебя будем чему-нибудь учить. Хохо, а мы можем взять безымянных в отряд?

— Можем… Вот только нори они станут с теми именами, которые у них есть сейчас, – кивнул тот.

— Это у вас что за отряд такой? – не поняла Кри-ана.

— Да так… повезло однажды, – отмахнулся я. – Лысый, ты предупреди ааори, чтобы имена какие-нибудь выбрали. Ну или старые прозвища изменили. Нори они будут становиться с теми именами, с которыми наймутся.

— Ну… если захотят – могут потом сменить… за тысячу ули, – кивнул Лысый. – Я предупрежу.

— Давайте-ка пока все спать. Завтра прямо с утра заключаем устный договор… Хохо, ты хоть текст помнишь? – снова пристал я к десятнику.

— Да ну за кого ты меня принимаешь?! – возмутился весельчак. – Конечно, помню! Такой уникальный договор, как у нас, ещё поискать.

— Ну вот и хорошо. А теперь всем спать!

Утром приём провели массово – сразу перед выступлением. Формальная часть заключалась в том, чтобы назвать своё имя и подтвердить согласие на перевод в отряд – повторив основные пункты устава и согласившись с моим командованием (и установленным окладом). Нори из Форта, которые в наш отряд не рвались, выступили свидетелями. Может, слово простого нори стоит и немного, но десятник – это уже «юридическая сторона», как сказала Кри-ана. Заняло всё от силы минут десять. После этого мы покинули овраг и направились в сторону лагеря. И я очень надеялся, что там нас всё ещё ждут.

Когда к полудню мы, наконец, увидели край Пущи и вышли из сгоревшего леса – я понял, что лагерь не просто стоит, но и увеличился в размерах. Стражников из Мобана видно не было, зато первым, кого я заметил, была эра Зана, под чьим командованием наша полусотня шла к Мобану в прошлом году. Когда мы вышли, она что-то втолковывала лори Ражему с самым суровым видом. Местность у опушки изменилась. Вдоль всей линии деревьев – насколько хватало глаз – тянулась полоса перекопанной земли в 40-50 шагов шириной.

— Так-так-так! Это кто у нас тут вышел из леса? – раздался голос чуть в стороне, привлекая внимание к нашему отряду. Повернувшись, я увидел мудреца-карающего, спешно направляющегося к нам. – Последние два десятка ааори, а стражники уже отправились в Мобан… И ещё нори какие-то… Дезертиры!

Нори из Форта стали отходить бочком, а остальные продолжили стоять, сбившись в плотную толпу. Сжимая зубы, я смотрел на приближающегося мудреца.

— И что же с вами, нори и ааори…

— Уважаемый, вы разговариваете с бойцами сотни «Баржа», – прервал я его, заслужив удивлённый взгляд. – Я – сотник Шрам. И если у вас есть вопросы к этим бойцам, то решать их прошу через меня.