Книга Искупление грехов, страница 171 – Лео Сухов

Рука Кри-аны непроизвольно дёрнулась – и быстро опустилась.

— Видишь? Все, небось, тоже думали: «Куплю новое»! – тут уже многие из прибившихся, в том числе и Кри-ана, сами подняли руки. – Всю жизнь новое покупать – никаких денег не напасёшься! Мы этих кавалей в Линге полгода отбирали! Более спокойных животин на свете не сыщешь. Плевать, сколько у нас денег!... Ты видел, как в одного из кавалей в степи стрела попала?

— Ну видел…

— А знаешь, что делает нормальный каваль в таком случае? Он начинает орать и ломиться, не разбирая дороги и ломая упряжь! – разошёлся Хохо. – А наш дёрнулся и остался стоять! Да мне эти кавали дороже тебя!..

— Хохо! – попытался я его урезонить, но Хохо вошёл в раж и не собирался останавливаться.

— А телеги ты наши видел? Сколько мы с ними прошли? Своими руками их сделали крепостью на колёсах! – продолжил десятник.

— Я уже понял. Телеги тебе тоже дороже меня! – согласно кивнул Эр-нори.

— А палатки?

— Хохо! – не выдержав, прикрикнул я. Тот выдохнул, посмотрел на Эр-нори и почти прошептал:

— Тоже дороже!..

— Ты просто любишь деньги больше людей, – не удержался от колкости Эр-нори.

— Так, угомонились оба! – приказал я, сдерживая смех. – Всё!.. Идём в лагерь. По тракту и дальше по прямой. Ходу тут три дня – в худшем случае. Выступаем сразу после завтрака. Вещи собираем сейчас. Поели, вытерли посуду травкой – и сразу в путь!

Выступили мы бодро. Путь был уже знаком – даже дорогу натоптать успели. Шлось нам легко и быстро ровно до того момента, пока в середине дня перед нами не открылось пожарище. Огонь прошёл тут стеной: лес выгорел, земля была покрыта пеплом и сажей. Буреломы продолжали чадить и тлеть. Дым плотным туманом окутывал путь впереди. Пришлось останавливаться, искать источник воды и заматывать лица влажными тряпками. У некоторых бойцов рубахи сильно укоротились.

Идти стало тяжело – настроение если и не испортилось, то было далеко от утреннего, когда путь назад казался лёгкой пешей прогулкой. Под вечер мы достигли нашей второй башни, но останавливаться не стали – только пополнили запасы воды. Я приказал идти дальше, пока не станет совсем темно. Хотя бойцы и вымотались, но оставаться здесь было физически тяжело: неубранные из-под стен трупы воняли до тошноты.

Место для ночлега нашли уже в темноте. Я готов был отдать приказ становиться лагерем прямо там, где мы шли – когда Кирри принёс новость, что впереди есть каменистый холм, где и пепла нет, и дым на вершине не так беспокоит. Ещё полчаса осторожной ходьбы, и мы добрались. Костёр было жечь не из чего – всё выгорело. Мы наскоро поужинали остатками завтрака и улеглись спать прямо на камнях.

Всю ночь я ворочался, пытаясь устроиться так, чтобы камни не впивались мне в тело – однако это мало помогало. Я засыпал и просыпался, чтобы снова провалиться в сон. Утром встал разбитым и невыспавшимся, как и большинство бойцов. Завтракать было нечем, но роптать никто не стал –отправились дальше голодными.

С каждым шагом идти становилось всё сложнее. Пожар прошёл здесь совсем недавно, поэтому дым стал гуще и постоянно щипал глаза. К тому же, нам приходилось обходить участки с раскалёнными завалами. С такой скоростью первой башни – где недавно отбивались от нежити – мы достигли только во второй половине дня. Здесь нам повезло: удалось найти невыгоревшие запасы дерева. Те самые, что мы заготовили в первый день нашей «осады». Нагрузившись топливом, мы шли до темноты. К сожалению, холмы и тракт забирали на восток – и нам пришлось сойти с удобной дороги, продираясь через сгоревшие остатки Пущи.