Книга Безымянные слуги, страница 167 – Лео Сухов

— Живой… живой… живой, — девушка отстранилась и посмотрела на меня заплаканными глазами. — Я не поверила сначала…. Боялась, что слухи… Пойдём… Ты голодный?

Я пожал плечами. Слишком много на меня свалилось. Надо было ещё разобраться, что я хочу, а чего — не хочу. Я даже не пытался сдвинуться с места, хотя Пятнадцатая продолжала тянуть.

— Хочешь — сразу иди спать, — предложила она. — Чего ты стоишь?

Я сделал первый шаг, второй… Обнял Пятнадцатую и зарылся носом в её волосы.

— Шрам… Шрам? — девушка заставила меня слегка отстраниться и заглянула в глаза. — Всё хорошо, ты вернулся, ты живой… Это точно — я. И я не против обниматься с тобой, но если эти нежности кто-то увидит, я заеду тебе по наглой морде, чтобы никто не сомневался в моей строгости!… Мне потом будет стыдно…

Я снова привлёк её к себе и коротко обнял. В угрозу я уже не поверил — засомневался в строгости.

— Да… я вернулся… живой… И это действительно ты.

— Пойдём, путешественник.

Пересказывал я свою историю ещё много раз. Когда я думал про один-два, то явно себя обманывал. Или думал об окружающих лучше, чем они есть на самом деле. Даже Пятнадцатой я не стал целиком рассказывать историю, которая случилась в Линге. Так было проще — в первую очередь, для неё самой.

А вот Скаэн, Эл-оли и Скас услышали полную версию. Скас зашёл за мной в обед и отвёл в шатёр Скаэна, где уже сидела его жена.

— Так, Шрам, а теперь я хочу услышать то, что ты на самом деле наговорил этой твари, — сказал эр, когда его жена кивнула. — Не волнуйся, никто не услышит. Оли защитит нас от любопытных ушей.

Пришлось выкладывать. На середине пересказа все трое уже посмеивались в открытую.

— Ну да, смысл меняется сильно, а суть — та же, — кивнул Скаэн, когда я закончил рассказ. — Но ты будь осторожен со словами. Может, тварь никому и не скажет… А может, и сумеет передать.

— Как, эр? — спросил я.

Но мне ответила Эл-оли, а не Скаэн.

— Шрам, этот мир, как ты заметил, пронизан мудростью. Она охватывает всё и связывает всё в единую нить. Как бусины, мы все нанизаны на мудрость. И даже те, кто является непримиримыми врагами — могут оказаться соседями по нити. И ты никогда не знаешь, кому станут известны твои слова и даже мысли. Если ты хочешь дожить до преклонных лет — тебе придётся научиться скрывать и то, и другое. Мир меняется, и положение ааори становится другим. И у тебя есть шансы дожить… Кто-то идёт.

Эл-оли повернулась ко входу, и через несколько секунд в шатёр ворвалась маленькая черноволосая девочка.

— Шрам! — Они успели переодеть и вымыть, и теперь она красовалась в лёгких штанишках, сапогах и рубашке. Волосы заплели в косу с синей лентой. Девочка вцепилась в меня и отказалась отпускать.

— Как дела, Они? — спросил я.

— Хорошо! Тетя Оли сказала, что ты придешь, а я боялась, что пропущу. И пропустила, представляешь! Ты чуть не ушёл, а ты где-то тут, но я не знаю где. И меня не отпускают! А я правда буду жить…

— Они! — хором воскликнули Скаэн с женой.

— Ой, — девочка резво отпустила меня и спряталась под стол, откуда донеслось. — Шрам, а ты ещё придёшь?

— Шрам — у нас всегда желанный гость, — строго сказала Эл-оли. — И ты можешь его всегда проведать, и он тебя, но тут мы проводили совещание! А мы о чём договаривались?