Книга Безымянные слуги, страница 123 – Лео Сухов

Встав, я первым делом открыл окно, чтобы проветрить — в воздухе висел алкогольный запах, после чего сходил до колодца и налил в кувшин из-под вина воды. Заодно ополоснул чашки. Проходя мимо кухни, проверил, кто сегодня назначен дежурным по готовке. Все смены составлялись таким образом, чтобы в каждой был хоть кто-то, кто уже умел готовить и успел попрактиковаться на барже. Вспомнив, где кто из назначенных живет, пошёл будить — обычно этим занималась Пятнадцатая, но сегодня она будет не в состоянии. Память говорила, что похмелье — это не самое приятное чувство в жизни.

Когда я вернулся в комнату, девушка уже проснулась. Сидела, нахохлившись, с растрепанными волосами и завернувшись в одеяло. Я с порога налил воды в кружку и протянул ей.

— Кажется, я вчера перебрала, — сказала она, выпив всю воду и долив ещё. — Сможешь разбудить поваров?

— Уже. Не волнуйся, — ответил я. — Голова не болит?

— Нет, только сухость постоянно во рту, и всё кружится. Спасибо за воду… А как ты догадался?

— Вот такой я догадливый, — решил не открывать я источник своей информации.

— А где ты спал? — не унималась девушка.

— На полу, — ответил я. — Потому что одна пьяная Пятнашка заняла мою кровать.

— Ужасно, — расстроилась Пятнадцатая. — Заснула Пятнашка, а проснулась я… Наверно, ты пребываешь в растерянности.

— Растерян и смущен, — подтвердил я, обхватив голову руками и покачав ей из стороны в сторону. — Буквально раздавлен. Что же делать?

Пятнадцатая улыбнулась и начала натягивать сапоги. Неожиданно повернувшись ко мне, она обняла меня за шею и поцеловала в щеку. Когда я, совершено ошарашенный, поднял на неё взгляд, на кровати уже сидела обычная Пятнадцатая.

— Жду на завтраке, Шрам, — сказала она. — Хохо и Шастя не забудь прихватить.

Наш баракбыл вытянутым двухэтажным зданием, сложенным из плохо обожженного кирпича, с соломенной крышей и просторным чердаком. На первом этаже располагались холл, комната сотника, комнаты десятников (четыре на каждую половину здания и две рядом с холлом) — а ещё кухня, зал для тренировок, склад, столовая и три пустых комнаты, которые можно было использовать как угодно. Из холла лестница вела на второй этаж, где располагалась сотня небольших комнаток для бойцов, в которых даже стола не было — его заменяли подоконники.

Пятнадцатая расселила имеющихся десятников по крыльям, сказав, что комнату рядом с холлом займет Шестой, а нам всё равно надо контролировать бойцов. Слышимость была хорошая (особенно для десятников): толстые доски пола надёжно скрадывали голоса, но вот топот скрыть не получилось бы.

Помывочная располагалась в пристройке, попасть в которую можно было и с улицы, и из барака. Туалет был вынесен отдельно по вполне известным причинам — из трубы в канализацию города попахивало, как ни смывай. В помывочной было три больших комнаты. В двух можно было помыться, воспользовавшись текущей из цистерны водой. Кабинок с трубами было десять штук в каждой комнате. Одну Пятнадцатая отдала девушкам отряда, другую — мужчинам. Чтобы вода не была ледяной — ее можно было подогреть. Цистерна была выкрашена черной краской и нагревалась под солнцем, поэтому летом не нужно было даже топить. Сейчас ночи еще были холодными, и с утра приходилось разводить огонь.