Книга Безымянные слуги, страница 109 – Лео Сухов

— Если ты будешь на меня пялиться — дам в морду, — сообщила Пятнадцатая.

— Прости, задумался, — я отвел взгляд и посмотрел в кружку.

— Над чем? — спросила Пятнадцатая.

— Над словами поддержки и утешения. И своим запасом слов, — не стал скрывать я.

— И где? — уточнила Пятнадцатая. — Где мои слова поддержки и утешения?

— Понимаешь, вот с запасом слов и вышла засада, — признался я. — Но, если что, знай: я с тобой и бояться нечего.

Пятнадцатая прыснула и поставила кружку на стол. Я даже испугался, что она сейчас уйдет, но вместо этого девушка начала хохотать, чуть не потеряла равновесие и оперлась мне на плечо.

— Шутка удалась по независящим от меня причинам, — прокомментировал я больше себе, чем девушке.

— Шрам, дурак ты! — я тоже решил обидеться, но, когда Пятнадцатая хохочет — получается слишком заразительно, а смеяться и обижаться еще сложнее, чем есть и разговаривать. — Недавно ты такую речь толкал перед толпой очень расстроенных, голодных и злых бойцов, что даже мне стыдно стало. А теперь сидишь — и слов не нашел! Как?!

— Что как?

— Как у тебя это получается? — Пятнадцатая всхлипнула и стёрла со щеки слезу. — До слёз… Просто до слёз…

Я уткнулся в кружку и сделал большой глоток, с удивлением отметив, что прятаться после очередного своего «выступления» начинает входить у меня в привычку. Но сегодня не было ни сил, ни желания себя исправлять. Спрятался — и спрятался. Как это часто бывало, когда мы с Пятнадцатой общались, после непродолжительного разговора наступила тишина, которую даже прерывать не хотелось. Пятнадцатая уютно пристроила голову у меня на плече и тянула своё вино.

— Ладно, пойду я спать, — сказала она. — Завтра опять на весла.

— А я так надеялся, что мы дальше пойдем под парусом, — вздохнул я.

— Честно, вот я тоже, — Пятнадцатая натянула сапоги на ноги и встала. — Но надо грести.

— Ну раз надо… Спокойных снов.

— И тебе.

И ведь так и не сказала, зараза такая, что её гнетёт.

Но весь день сидеть на вёслах не пришлось. В какой-то момент Рыба и Суч решили, что силы ветра нам будет вполне достаточно, поэтому лавочки убрали, вёсла сложили — и баржа продолжила двигаться без нашей помощи. Берег, казавшийся ещё вчера далеким и недоступным, приближался. Пуща осталась позади и сменилась каменистой равниной, переходившей в холмы. Как я понял из рассказов и карты — это были предгорья Южных гор. Когда-то они носили совсем другое название, но теперь для людей они стали границей их земель. Южной стеной, отделяющей от сердца Диких Земель. Стена там тоже была, прикрывала единственный проходя между горами и морем.

Впереди, в туманной дымке, обозначился контур береговой линии — выход из залива. Ещё одно узкое место, через которое предстояло проплыть. К востоку от него стоял Форт Ааори, где несли свою службу многие воины — нори, вэри, лори. Огромная армия, снабжаемая силами княжества Мобан и Виор, на которых император наложил такую обязанность. Став нори, я хотел бы попасть туда, а не оставаться в Мобане, где все вокруг презирали тебя. Говорят, что там к ааори отностятся хотя бы по-человечески.

Ночью баржа бросила якорь неподалеку от скалистого берега, который исключал возможность подобраться к нам на плотах незаметно. Хотя деревьев вокруг было мало, серые люди уже не в первый раз умудрялись нас удивить. Пусть лучше в запасе будет больше времени, если вдруг придется уходить.