Книга Волчий час, страница 145 – Лео Сухов

И стрельба стихла. В тишине, повисшей над полем сражения, отчётливо слышалась где-то вдалеке японская ругань. Не теряя времени, туда сразу же устремился Пилигрим. А заодно и несколько бойцов, которых он выцепил по пути.

— СИПИН! Отзовись! — потребовал я.

Но СИПИН молчал, не отвечая ни мне, ни Кукушкину, ни ещё кому бы то ни было.

А следом погас интерфейс, который нам подключили инструкторы. Перестали отображаться накопленные баллы, выключился Малый Алтарь Вознаграждения в нашем лагере…

Вдалеке раздались выстрелы, а затем ругань на японском прекратилась.

— А может, это просто временно? Сильная вспышка на солнце… Или что-то в этом роде? — растерянно предположил Сочинец.

Вот тут-то нас всех, кто стоял рядом, и пробрало! Мы и так на нервах были, и без того устали… А тут кто-то предполагает, что бой ещё не закончился? Не бывать этому!

И без всякого приказа, отключив электричество на шипах, солдаты бросились из лагеря к замершим дроидам. Мы вскрывали их мёртвые корпуса, искали элементы, которые выглядели хоть немного важными — и вырывали их из металлических тел.

Мы рвали проводку, разбивали упавшие дроны и орудийные летающие платформы. Мы, как безумные, потрошили технику врага — в надежде успеть сломать её до того, как состоится гипотетическое включение.

Возможно, это было не очень умно… Соглашусь… Если уж отключились даже наши СИПИНы и Алтари Вознаграждения — значит, случилось что-то действительно серьёзное. Но где уставшие, почти смирившиеся с поражением бойцы, и где холодная логика чистого разума⁈

Безумие захватило наш лагерь, втянув в мародёрство всех, кто там находился. И только когда последний робот, лежавший вдалеке от лагеря, был раскурочен, люди начали радостно кричать о победе. И никто в этот момент не посмел бы им сказать, что это не их победа!

Ну а те, кого безумие отпустило чуть раньше, или кто сумел сохранить хоть каплю здравомыслия, вернулись в лагерь. Я, Сочинец, Кукушкин, Пилигрим и Дунай сидели у командирского костра и молчали.

— Что бы ни случилось, нам нельзя останавливаться! — наконец, проговорил мэр. — Нам нужно собрать здесь всё, что может пригодиться.

— У нас ещё остались капсулы, и они вроде бы работают… — осторожно, боясь сглазить, кивнул я.

— Да, это не конец света… Хотя скрывать не стану: это, опять-таки, катастрофа. Без Алтарей Вознаграждения многим из горожан, кто не установил пищевые рефицераторы, грозит голод… — утерев пот со лба, признался Кукушкин. — Но мы решим эту проблему! Мы сможем её решить!..

Вот только никаких планов он, на удивление, сходу не предложил. Кукушкин был растерян. И, похоже, даже испуган — просто держал себя в руках.

Это было самое странное утро, которое мне довелось встречать в моей второй жизни. Вокруг были всё те же люди, за спиной были всё те же капсулы, по лагерю носился всё тот же Кукушкин… Но это был совершенно другой мир.

Мир, в котором мы могли рассчитывать только на себя. Мир, в котором все заработанные мной баллы стали бесполезны. Я ничего на них не мог купить! Разве что собственное возрождение в комплексе репликации.

Над нами больше не было СИПИНов. Но и неоткуда было теперь ждать помощи.

И, надо сказать, этот мир был совсем не так плох, каким, похоже, видел его Кукушкин.

Плохо было то, как быстро он наступил!