Книга Волчий час, страница 143 – Лео Сухов

Я бы сказал, что наш враг — трус. Но, как растолковал мне прибывший в лагерь Сочинец, Мураяма действовал по классике: собрал для штурма трёхкратное преимущество в численности. И только потом пошёл нас жестоко убивать.

Да уж, в случае с роботами трёхкратное преимущество могло стать фатальным… Но только в той ситуации, если они решат использовать любой другой вид вооружения, кроме плазменного. А так — у нас ещё были шансы на успех.

Весь лагерь превратился в одно большое гнездо пауков с красной паутиной. Телеграфный провод, который раньше планировали дотянуть до лагеря зулусов — теперь использовали на то, чтоб прикрыть капсулы и бойцов.

А местность вокруг лагеря была сплошь утыкана минами. Их должны были подрывать наши телеграфисты, используя всё тот же телеграфный провод. При этом каждая мина взметнула бы в воздух целую тучу камней.

На крышах всех без исключения капсул мы установили заряженные «слонобои». А на некоторых — даже два, чтобы с гарантией отбить атаку дронов-налётчиков. Мы-то знали их возможности, но, к счастью, о них не знали наши враги с севера.

Кроме того, в лагерь постоянно подтягивались всё новые и новые отряды защитников. И на этот день численность солдат достигла почти трёх тысяч человек. Правда, этого всё равно было мало… К нам приближалось огромное войско железяк, и я не был до конца уверен, что мы сумеем его остановить.

Но мы должны были попытаться! Не остановим сейчас — придётся останавливать в Алтарном. А этого уже никто из нас не хотел. Лучше уж умереть и даже потерять капсулу, чем дать роботам разрушить и комплекс репликации, и всё, что мы так долго строили.

Жаль, сейчас мы могли только обороняться. Зато и готовились к обороне на совесть. И даже завершили последние приготовления раньше, чем пришли роботы. Это всё, что мы могли сделать. И когда солнце коснулось горизонта, мы ждали врага, полные сил и решимости, вооружённые до зубов и готовые к бою.

Дневник Листова И. А.

Шестьсот восемнадцатый день. Почти катастрофа…

Мы до последнего старались не выдавать своих преимуществ! И только когда близкое жужжание дронов-налётчиков подсказало нам, что атака началась — ответили. Вспыхнули прожектора, устремились в воздух сигнальные ракеты, загудели медные провода, протянутые между длинными шипами капсул.

А потом началась отчаянная стрельба по дронам-налётчикам. Их было очень много! Просто невероятно много! Они пикировали с небес, будто смертоносный дождь… Но ловили пули, натыкались на провода — и, взорвавшись раньше времени, шлёпались вниз.

Мураяма сделал ставку на чистый воздушный налёт и прогадал. Видимо, не знал, что это первое, с чем столкнулась армия Алтарного, воюя с роботами на юге. И, в итоге, просчитался. Наши солдаты отбивали атаку за атакой, волну за волной.

Били в воздух картечью «слонобои», в последний момент предотвращая взрывы. Плавились медные провода, останавливая всплески плазмы. Мы стреляли все до единого — даже Кукушкин, даже рабочие, до этого прокладывавшие дорогу и телеграф.

Каждый ствол, каждый выстрел были на вес золота. Ведь очень скоро Мураяма поймёт свою ошибку, а затем бросит в бой и наземные силы. И пока ещё он не успел всё осознать, мы старались выбить как можно больше дронов-налётчиков. Помнили по опыту войны на юге, что именно они всегда собирают самую богатую жатву из жертв.