Книга Зимние ходоки, страница 64 – Лео Сухов

К счастью, в этот миг за его спиной опять хлопнула дверь. Внутрь шумной толпою ввалились Вавась, Пробка и остальные полицейские, которые приходили к капсуле «маски».

Двое из них тащили один кулёк из шкур, а ещё двое — другой. У Пробки на плечах болтался труп «арбалетчика». А следом покорно плелась невысокая девушка с длинным носом и кучерявыми волосами.

— О, Иваныч! Ты уже тут? — обрадовался Вавася.

— Да, я тут! И я ни хрена не понимаю! — насупился мэр.

— Честно говоря, я тоже ещё не всё понимаю… — признался Вавася. — Но мы разберёмся!

— А где маньяк? — поинтересовался Кукушкин.

— Он в свёртке! — радостно ответил Пробка.

— В каком из них? — мэр строго посмотрел на оба свёртка.

Вавася явно растерялся: он вообще, по-моему, чуть ли не засыпал на ходу. А вот его помощник Пробка не сплоховал. Задумчиво вцепился рукой в подбородок, поправил сползающий труп арбалетчика у себя на плече…

А потом на его лице мелькнуло озарение.

Он резко развернулся к коллегам, тащивших «доброхота» и «маску». Правда, при этом чуть дежурного не сбил ногами покойного «арбалетчика»… Но бедолага успел в последний момент отшатнуться.

— Надо их пнуть! Я по голосу!.. — с этими словами Пробка решительно шагнул к свёрткам.

— Не надо никого пинать! — рявкнул Иваныч. — Просто вытащите их! У кого маска, тот и маньяк! Зачем вы их вообще в эти свёртки засунули⁈

— Это не мы, это Вано! — среагировал Вавася.

— Чтобы не замёрзли в пути? — сердобольно предположил дежурный.

— Вано⁈ — нахмурился Иваныч, глянув на меня.

— Ну мне же надо было их как-то тащить… — попытался объяснить я.

— Так их ведь не ты тащил!!! — буквально взвыл Кукушкин, а потом глубоко вздохнул и посмотрел на Вавася: — Выдели-ка мне кабинет… И чтобы через полчаса краткий доклад был готов! Я не для того посреди ночи встал, чтобы мне тут мозги пудрили!..

— Так точно! — отчеканил Вавася, зевнув и встав по стойке смирно.

— А кабинет во-о-он тот свободен! — дежурный тут же радостно указал направление.

— Полчаса! — напомнил Кукушкин, после чего окинул нас суровым взглядом и удалился в кабинет.

Дневник Листова И. А.

Триста тридцать четвёртый день. Утро после скандала.

Меня разбудил Кукушкин. Дело было утром. Во всяком случае, сквозь окна, прикрытые ставнями, пробивался солнечный свет. Да и людей в участке, судя по голосам, прибавилось. Но до появления Кукушкина мне это никак не мешало спать.

Не знаю, каким образом, но, похоже, я умудрился вляпаться в какую-то нездоровую фигню. А ещё похоже, что эта нездоровая фигня началась в Алтарном уже давно. Это просто я со своими походами её, видимо, пропустил.

И теперь вокруг этой самой фигни царил настоящий бардак.

Я ещё минут двадцать после возвращения Вавася ждал, когда мне принесут писчие принадлежности.

А потом старательно писал на куске кожи, как и почему я встретился с несчастным арбалетчиком, и зачем его пристрелил. А поскольку несчастный арбалетчик оказался просто теснейшим образом связан с этой нездоровой фигнёй… В общем, пришлось описывать всё с самого начала!

Если честно, с объяснительными у меня всегда было не очень… Поэтому я постарался как можно короче изложить суть произошедшего:

«Я, Вано, искал Кэт. Нашёл. Отбил. Отбился. И тут вижу — у козла одного арбалет. Мне это так не понравилось, что я его прибил, чтобы он не прибил меня. Дата, подпись».