Книга Зимние ходоки, страница 61 – Лео Сухов

В общем, намёк про свидание я временно решил пропустить мимо ушей. Не время для романтики! Поэтому я пробормотал сам себе:

— Ну, поехали… — и попытался сдвинуться с места.

И у меня даже получилось! Пусть идти предстояло медленно, да и вымотался бы я изрядно — но до участка точно дошёл бы!

Но не успел я протащить свою ношу и десятка шагов, как из-за капсул замелькал свет фонарей. А потом показались наши бравые полицейские во главе с Вавасем:

— Всем стоять!.. Не двигаться!.. Полиция!..

Не обращая внимания на их угрозы, я расплылся в улыбке и радостно заявил:

— О! Наконец-то! Вот вы-то мне и нужны!

А потом задумался: нужны ли? Я вроде бы и сам справился…

Дневник Листова И. А.

Триста тридцать четвёртый день. Доставка арестантов.

— Так… И что у нас тут? — Вавася нахмурился, уперев руки в бока и грозно оглядываясь.

— Арестуйте этого умника, быстрее! Он мне чуть стекло не выбил из револьвера! — сразу же подала из своей капсулы голос «коза».

— Какого умника? — не понял полицейский.

— Который с револьвером! — отозвалась эта настойчивая в своей злобе дама.

Загвоздка была в том, что револьвер я уже спрятал под куртку, чтобы Кэт двумя руками держать. И полицейские из всего оружия видели только мачете и нож, валявшиеся на земле.

Пришлось самому пояснить, как дело было:

— Вавася, ты эту тупую свидетельницу не слушай! Она, видишь ли, существо ущербное и обидчивое! Я тебе сейчас всё сам расскажу. Вот этот урод в маске зачем-то похитил нашу Кэт и притащил к себе в капсулу! — кивнул я на два больших свёртка, лежащие на земле. — Но я вовремя подоспел! Правда, ноги ему слегка повредил…

— А который тут в маске? — спросил Вавася, с интересом окидывая взглядом свёртки.

— Вот тот, который в правом кульке! — пояснил я.

— А в левом куске кожи тогда кто? — почесав за ухом, уточнил полицейский.

— А в левом куске — какой-то доброхот, который на его защиту полез! А может, и не доброхот, а вообще сообщник… Кто знает? — объяснил я.

— А-а-а-а… Ну тогда ладно, разберёмся! — кивнул Вавася.

— Шеф! Тут чувак с арбалетом, совсем мёртвый! — сообщил один из полицейских, найдя застреленного мной вооружённого придурка.

— Арбалетчика тоже я пристрелил… — признался я. — Тут соседи дурные были, агрессивные… А этот и вовсе с оружием, нервный какой-то! Я решил, что лучше его на перерождение отправить, чем он меня болтом продырявит…

— Вано! Блин… А можно как-то поменьше трупов за собой оставлять? — наморщив лоб, попросил Вавася. — Объяснительную для Кукушкина потом в участке накатаешь… А зачем свёртки?

— Да я тут просто один был, не считая Русого! — попытался я объяснить. — Кэт ранена, соседи злые и агрессивные, а мне всех как-то тащить надо… Я соседей успокоил, шкуры ободрал, завернул в них…

— С кого шкуры ободрал? — ошарашенно отступил на шаг Вавася. — С соседей⁈ Ну, Вано… Тут ты объяснительной не отделаешься!..

— Да с каких соседей⁈ — возмутился я. — Ты за кого меня принимаешь⁈

Вавася прокашлялся, ещё раз посмотрел на меня, окинул взглядом всё вокруг… И выдал вполне логичный, к моему сожалению, ответ:

— За чувака, которого я обнаружил посреди ночи с двумя стонущими свёртками, раненой девушкой на руках и трупом арбалетчика за спиной! Девушка твоя, кстати, молчит… Может, она заложница?