Книга Япона осень, страница 78 – Лео Сухов

Было ещё семеро добровольцев, которые вызвались пойти с нами, став нашей первой линией. Все они были вооружены копьями и простенькими щитами. Но, к моему большому сожалению, строевую проходили только у Костромы и всего раз пять. Даже командира у них не выделилось.

Ну и, конечно же, был отряд Паши, который не хотел вылетать из нашей группы, потому что тогда придётся не революции устраивать, а добывать себе пропитание. А этого Паша и его соратники совсем не хотели. Поэтому к подъёмнику пришли в срок. И если их стрелков я мог взять под своё командование, то двух товарищей с копьями надо было не только куда-то «приписать», но и построить.

К счастью, успел вернуться Хир-Си. И полностью оправдал мои ожидания, вызвавшись идти с нами. Под тираническое управление этого чернокожего мироеда я и отдал всех бойцов ближнего боя. Конечно, наш мускулистый гигант хорош как индивидуальный боец, но и как ходить строем, знает. Так что быстро в этой вольнице порядок наведёт.

Основным ударным кулаком должны были стать старички из нашей группы и революционеры. Короче, те, у кого имелся огнестрел. И пусть что-то более-менее эффективное было только у меня, Мелкого, Трибэ, Славки и Кэт, а у остальных — мушкеты разной степени паршивости, но слитный залп мог обратить в бегство даже тиранозада. Не убьём, так хотя бы грохотом испугаем.

В общем, всё бы было хорошо, если бы не революционеры. Беспрекословно подчинялись они только Паше, а с остальными командирами пытались вступать в споры. Двое из них — Бобби и Ламер — прекратили эти безобразия уже к вечеру. Разбитые губы, синяки под глазами и шишки на лбах стали красноречивым подтверждением их теории о порочности нашей мироедской власти.

Точнее, только власти Хир-Си, командовавшего копейщиками. Но, само собой, обижались и на меня тоже. Я же тут совсем главный — и не защитил, не отстоял, не пожалел. Просто стоял и смотрел, как их аккуратно, но обидно бьют. Тот факт, что Паша тоже просто стоял и смотрел — само собой, был проигнорирован.

Шли мы скорым маршем в сторону ближайшего форта. И пусть местами пришлось бежать, выбиваясь из сил и отдыхая лишь в пятиминутки ненависти чёрного командования к белому неподчинению… Зато за оставшийся день мы успели добраться до форта вокруг сторожевой вышки, где можно было безопасно переночевать.

Члены нашей группы, застрявшие здесь, успели неплохо обустроиться. Теперь форт окружал высокий частокол, а внутри имелись навесы, под которыми можно укрыться от дождя, и большой очаг с оборудованными местами для готовки. В общем, вполне себе уютное укрепление.

Трое дозорных, находившихся в форте, приняли нас как родных. С их командиром, который представился Ложкой, я даже успел коротко обсудить, откуда пришёл сигнал тревоги.

— Мы думаем, это день или, может, полтора отсюда! — признался он. — Мы видели четыре дымных столба. Причём так и не поняли: четвёртый, самый дальний, загорелся раньше предыдущего или позже… Сам понимаешь, тут расстояние такое, что не разберёшься! Даже если сверху смотреть, мы вторую от нас вышку не особо видим.

— А подозрительное что-то было? — уточнил я.

— Ну, если не считать того, что сегодня не явились наши сменщики… То ничего подозрительного! — отмахнулся Ложка и указал на моих людей: — Не маловат отряд-то?