Книга Дружба народов, страница 84 – Лео Сухов

А вот пройти здесь было легко. И даже бочка смогла бы пролезть. Правда, ничего крупнее бочки протащить уже не получилось бы.

В общем, рассказ гражданки Носовой приобретал всё больший вес в моих глазах.

— Охренеть… Вот как они втихую протаскивали спёртые шмотки! — догадался Мелкий, остановившись у меня за спиной.

— Именно так! — согласился я.

— Я чот не втыкаю… А как тут бестии не пролезли? Или им высоко было, типа? — Мелкий протиснулся мимо меня, выглянув наружу. — До земли не так чтобы далеко… Метр.

— Запах! — пояснил я, втягивая воздух.

В пещере пахло сыростью, плесенью и чем-то ещё. Чем-то противным и мускусным.

— А ещё первый уступ для бестий и вправду великоват, — согласился я.

— Если бы это были люди, они нашли бы эту дырку! — заметил Мелкий. — Завалить бы её…

— Нельзя, — я покачал головой. — Никто пока не должен знать, что мы её нашли.

— Но теперь-то мы домой, в лагерь? — с надеждой спросил гопник.

— Теперь — да! — согласился я.

То, что я нашёл проход — это, конечно, здорово. Но где теперь искать голого мужика? Предположительно, Ольшу, заместителя мэра… Мог ли Иваныч подсказать? Да запросто! Он не только подсказал, он даже намекнул, в каком направлении: где-то на севере!

Кукушкин ведь дважды во время разговора напомнил про японцев. Но японцы двигаются с северо-востока, а не с севера!.. Так зачем высылать разведчиков туда? Логично предположить: чтобы «случайно» наткнуться там на капсулу.

Надо было разыскать Ольшу и выяснить все подробности. Только он мог дать ответы на вопрос, как его убили…

Дневник Листова И. А.

Сто семьдесят четвёртый день. Раннее утро, проводы отряда

— Не задерживайтесь там! — попросил я Кострому, которая уже стояла наготове, чтобы вести отряд в факторию.

— Я надеялась хоть на пару недель отдыха! Дикие звери, опасная природа… Красота! Хоть отдохнула бы от жизни в этом мегаполисе… — улыбнулась валькирия, махнув рукой на возвышавшееся над нами Алтарное.

— Нет у нас пары недель… — я покачал головой. — Всех, кого можно, нужно держать под рукой. Здесь, в Алтарном.

— Жопочуйка? — усмехнулась Кострома.

А я подумал, что да — она, родимая… Мой чувствительный орган, отвечавший за предсказание будущего, буквально вопил: в лучшем случае у нас осталось дней десять… В худшем, всё самое интересное начнётся куда раньше. И, как назло, в городе нет никого из тех, кто мог бы со мной выступить против «кукушат».

А вот у них вся группа на месте… И злость они на конкурентов затаили немалую…

В общем, было бы очень глупо не верить волшебному чутью, которое меня обычно не подводит. Поэтому я жопочуйке верил. И даже если возвращение основных действующих лиц лишь отсрочит мятеж — это тоже не самый плохой расклад…

— Отправь Сочинцу послание! — посоветовала Кострома. — Пусть всё бросает и возвращается. И пусть предупредит Витю с Пресней!..

— А куда, кстати, Пустырник делся? — поинтересовался я.

— Куда-то на юг отправился снова… Вроде как там ещё серу видели! — пояснила Кострома.

— Его бы тоже вернуть… — с тоской подумал я вслух.

— Всех вернуть не получится. Но мы с Дунаем скоро вернёмся, обещаю! — ответила девушка и поудобнее перехватила рюкзак. — Ну… Всё… С Богом!

— Удачи! — пожелал я.

— Да ну её… Она женщина неверная! — с улыбкой отмахнулась Кострома, а затем дала знак своим выдвигаться.