Книга Дружба народов, страница 78 – Лео Сухов

— Пасть закрой!.. Ещё звук, и я тебе дикцию попорчу!

— Так, красавчики, оружие на землю! — приказал я мужикам с топорами.

— Не сметь! — вскричал проверяющий, попытавшись обернуться к своим.

И поплатился за это, получив от Мелкого ногой в лицо:

— М-м-м…

— Топоры на землю! — снова приказал я мужикам.

И в этот раз они всё-таки послушались.

Не сразу. Сначала посмотрели на разбитое лицо «начальника»… Потом на винтовку у меня в руках… На револьвер в руках Мелкого… На нашу стражу, нацелившую на них арбалеты…

И тут им наконец-то стало ясно, что глупо как-то сопротивляться при таких раскладах. Поэтому они послушно разжали пальцы.

— А теперь в сторону отошли! И выстроились рядком! — попросил я.

Надо сказать, что сцена вызвала немалый интерес: как во внешнем городе, так и на стенах внутреннего. Зрителей собралось — тьма-тьмущая!.. Близко, правда, никто не подходил, но издали смотрели с большим интересом.

— Кто старший? — крикнул я ребятам на воротах, которые, по сути, уже давно примкнули к нашей группе.

— Я! — отозвался парень, которого я помнил ещё по прорыву бестий в город.

Кажется, его звали Пух, от фамилии — Пушков. Но я не помнил точно, поэтому и не стал по имени обращаться, а просто предупредил:

— Если под нашими стенами ещё такие гоп-стопщики будут, сразу мне сообщайте! Задерживать будем!

— Ясно, шеф! Сделаем!

Встречающий снова раскрыл рот, чтобы что-то сказать… Но увидел вновь занесённую ногу Мелкого и тут же заткнулся. Я же собрал топоры его свиты, а затем достал верёвку и затянул руки каждому. Верёвку резать не стал: жалко было. Поэтому решил, что задержанные в одной связке пойдут.

— Эй! Бандит! Иди сюда! — позвал я встречающего.

Тот скривился, глянул на Мелкого, на револьвер в руке… И послушно поплёлся к своим. А со стороны нашего лагеря появился Славка с пятью копейщиками из новеньких. Ему я препоручил довести задержанных в расположение группы.

И да, я был уверен, что это ещё не конец… И не ошибся в этом.

Дневник Листова И. А.

Сто семьдесят третий день. Иваныч, на пару слов без свидетелей!

— Иваныч уже несколько дней ходит с постоянным сопровождением… — пожаловалась Кострома после того, как мы заперли пленников в сарае. — «Кукушата» день ото дня борзеют всё больше…

— Печально слышать! — вздохнул я. — Что там на второй фактории? Есть новости?

— Есть, конечно. Вчера вернулся Хир-Си с жёнами и первой группой рабочих. Сплавились на плотах. Сейчас думаем, как соль переправить дальше… Вано, там есть опасные места по пути? — девушка глянула на меня.

— Есть несколько разливов, — ответил я. — Каждый надо проверять на крокодилл. Остальные места… Ну есть перекаты, но не слишком опасные. Есть пара отмелей. Если хотите на плотах — идите на плотах. Только разливы проходите днём! Даже ранним утром не ст о ит.

— Нет, лучше мы пешком! — решила Кострома. — Пешком как-то надёжнее…

— Ты что, воды боишься? — удивился я.

— Не то чтобы боюсь… Разумно опасаюсь! — призналась валькирия. — Особенно той, в которой крокодиллы живут.

— Ты пока подготовь вооружённую группу! — посоветовал я, улыбнувшись новости про внезапную водобоязнь Костромы. — А я вещи раскидаю… Думаю, надо скоро гостей ждать.

Скоро — это не то слово… Реакция городской самоназначенной элиты была практически мгновенной. Не прошло и двадцати минут, а у входа в наш лагерь уже собрались представители «кукушат».